Кирилл не стал спорить. Аккуратно уложил Мирона и улыбнулся матери. За то, что она заменила его, пока он принимал решение. За поддержку Нади и сына.
Тетя Маша покатила коляску, не давая Мирону понять, что его отпустили с рук. Кирилл подошел к Наде. Она смотрела на него с надеждой — она ждала его. И верила, что он вернется.
— Прости меня, — тихо сказал Кирилл. — Я… хочу быть с вами.
— Василиса! — зашептал на ухо Никита, и я подпрыгнула от неожиданности. — Пойдем.
— Подожди, — отмахнулась я, не поворачиваясь к нему. — Дай послушать!
Никита цокнул языком и подхватил меня за плечи, заставляя уйти.
— Зануда, — обиделась я. — Давай хоть в сторонке постоим, посмотрим.
Он засмеялся и увел меня со двора, не оставляя моему любопытству ни шанса.
— У них все будет хорошо, — сказала Никита.
— Я знаю. — С улыбкой ответила я. — Теперь точно будет.
Мы медленно вышли на тропинку и пошли вдоль дома, щурясь от яркого солнца. Последний вопрос был закрыт, и теперь все на своих местах. Тетя Маша — в любящей семье, где она нужна и важна. Надя — там, где она не обуза. Кирилл — со своим сыном и девушкой, что любит его.
И мы. В новом, собственном доме, который мы построили вместе.
Страшно представить, что все могло быть по-другому, если бы не случайность. Ошибка, которая стоила мне гордости, но позволила получить намного больше.
Мы справились. Потому что всегда и при любых условиях нужно идти до конца. Только когда ты идешь можешь куда-то прийти. А если стоять на месте, то собственные мысли, страхи и боль уничтожат душу без остатка.
И сейчас, когда Никита обнимает меня за талию, а в паре километров нас ждет наш недавно построенный дом, я с уверенностью могу сказать:
«Любовь не всегда бывает громкой. Иногда она ждёт в тишине, годами, пока ты не будешь готов её увидеть. Не бойся возвращаться. Иногда самый правильный путь — это дорога домой. К себе. И к тому, кто ждал».