— Я не ребёнок, мне почти шестнадцать.

— Давай свои триста, — буркнул продавец. — Ишь, шестнадцать ей. Сопля этакая.

— Кстати, — раздался голос за Васькиной спиной. — По местным законам в шестнадцать наступает совершеннолетие. Ты знала?

Василиса обернулась. Худой чернявый парень в круглых чёрных очках с металлическими боковушками, немного похожих на винтажные сварочные, держит за руль пыльный велосипед и улыбается.

— Нет, — ответила она, — не знала. Я тут совсем недавно.

— Я Данька, Даниил.

— Василиса. И если этот лавочник будет вот так отмерять тридцать метров, то я не поленюсь перемерить!

— Очень глазастый девочк! — пожаловался продавец. — И такой вредный! Ладно, вот тебе ещё метр сверху! Довольна, разорительница моей торговли?

— Спасибо, было приятно иметь с вами дело, — Васька подхватила с прилавка массивный моток кабеля.

— Вешай на руль, — сказал парень. — Помогу отвезти.

— Спасибо. Тут недалеко…

— Слушай, ваш волантер видно из любой точки города! Он же над площадью висит!

— Ой, точно, — рассмеялась Василиса, — я и не подумала. Вот я балда!

— Ты так классно с ним торговалась! Я прям заслушался, — сказал Данька, ведя велосипед рядом.

— Это я у цыган нахваталась, пока с табором кочевали. Вот кто действительно умеет, а я так…

— А ты правда цыганка?

— Honoris causa1.

— Ого, ты знаешь латынь?

— Ого, ты понял, что я сказала?

Они посмотрели друг на друга и заржали хором.

1 Honoris causa (лат.) — почётная степень, полученная «за заслуги».

— Меня приняли в табор. Это ничего не значит, на самом деле, — объяснила девочка. — Просто жест благодарности за… Неважно, за что. Но мне нравится представляться «Цыганка Вася». Люди смешно реагируют.

— Просят погадать?

— Иногда, — фыркнула Василиса. — Чаще проверяют кошелёк.

— А ты что?

— Смотрю мудрым взглядом и говорю: «Судьба твоя покрыта туманом неизвестности, тебя ждут великие испытания и большая любовь! Позолоти ручку, яхонтовый!» Меня тётя Симза научила.

— И как, золотят?

— Не знаю, я пока всего один раз попробовала. Но мужик почему-то вырвал руку и убежал. Может, у меня взгляд недостаточно мудрый?

— А покажи!

Василиса надула щёки, выпучила и слегка скосила к носу глаза.

— Как по мне — премудрейший! — заявил парень. — Я бы позолотил.

— Может, мне однажды повезёт. Вот, пришли.

На краю площади висит над землёй волантер. Огромный, отливающий тёмным металлом дирижабль с каплевидным твёрдым баллоном, крестовидным оперением руля и двумя мотогондолами на выносных штангах.

— Даже не верится, что вижу настоящий волантер, — сказал Даниил. — О них куча легенд ходит. «В древние времена, когда над Дорогой парили волантеры…»