Демон кивнул.
И уточнил:
— Но спешить не станем?
— Конечно, нет… кстати. У меня приятель есть. Он как раз занимается организацией праздников. Так вот, насчёт той твоей мысли… можно не просто людей в аренду сдавать. То есть в рабство. А сразу весь сценарий. И зачем поэты с музыкантами? Акробатов пустить. Медведей. У него даже в цирке подвязки есть. Хоть слона в аренду. А наверху паланкин. И ты возлежишь. Танцовщицы тогда внизу останутся со всеми цветами. В конторе и дизайнеры имеются. Вообще могут замутить в стилистическом единстве, если, конечно желание будет.
— Мелецкий, — голос Таракановой заставил напрячься. — Надеюсь, вы там не переуступку супружеской задолженности обсуждаете?
— Никак нет! Так, частные вопросы рабовладения. Вот думаю, не пойти ли и мне, если что? На полставки? Я фокусы огненные показывать могу.
— Только фокусы и можешь. Ладно. Извини. Это нервы. Мама… она любит давить на больные мозоли. И попытается всех…
— Макнуть в дерьмо, — дядя Женя говорил мало, но всегда по делу. — Это верно.
— Вот… и, возможно, вам не стоит идти.
— Стоит, — Данила пересел обратно. — Конечно, стоит. И не надо переживать. У меня по самоконтролю высший бал!
— А я постиг искусство быстрой медитации и восстановления психического здоровья, — подал голос Василий и вытащил из портфельчика блокнот. Что характерно, тоже белый.
— Это где ж такой преподают? — даже стало обидно, потому что в универе ничему подобному не учили.
— На факультете управления финансовыми потоками и менеджмента. Эльфийский Монархический. Я его закончил. Заочно… очно они демонов не принимают. И заочно тоже.
— Как тогда ты поступил?
— По документам раба. В рамках программы борьбы с рабством и адаптации угнетённых в отсталых мирах хаоса.
— Извращенное коварство, — оценил дядя Женя.
— Я всё-таки демон. Мне положено, — Василий сделал заметку. — А курс хороший. Очень помогал мне во время реформ. Оказалась, что работа с разумными крайне негативно сказывается на психическом здоровье.
И вот тут Данила был с ним согласен.
Абсолютно.
Глава 6 О родственниках и правильном составе семьи
Когда туман рассеялся, князь увидел татаpо-монгольское иго.
О том, как оно бывает в жизни
А сердце ёкало.
Вот так тревожно-тревожно. То ускорялось, то обрывалось, то снова заходилось в лихорадочном стуке. И во рту сухо стало. А сила то оживала, норовя выплеснуться и почти требуя её использовать, то затихала, будто её вовсе нет.
Ещё и эти.
Договаривальщики.
Рабовладельцы.
Ульяна вытерла руки о кофту. И в голове раздалось:
— Господи, где твои манеры? За столько лет и не усвоить элементарного…