— Его в нашу группу в последний момент включили, — продолжил говорить старший лейтенант. — Придали как эксперта и специалиста.
Рассказывал старший лейтенант про всё это больше для самого себя, похоже, что ему было всё равно, слушаю я его или нет.
— В старшину переодели, беречь велели… — командир десантников махнул рукой, которая у него была бинтами не зафиксирована. — Тут черти эти вылезли… Видел ведь я, что пропали они с дороги, не дошли до корпуса, а потом всё завертелось-закружилось с этим Исией…
Да, денек у меня получался… сразу и не найдешь ему названия. Исии, Замков… Кстати, князь Александр Владимирович мне про Замкова даже словом не обмолвился, ну, что он здесь, в Маньчжурии. Получалось, что не по его ведомству тут он был. А по какому? Параллельно ещё по отряду Исии другой группой работа велась? Может и так, что теперь гадать, надо Замкова живого до квалифицированной специализированной помощи довезти. Кстати, супруга его тоже не простой человек — Вера Мухина, советский скульптор не из последних…
К счастью, дальнейшая дорога прошла у нас на удивление гладко. На полпути нашу маленькую колонну из двух автомобилей встретили, проводили куда нужно, а на следующий день я уже в Москву летел. Архив Исии и он сам тоже в этом самолете были.
Прямо с аэродрома нас доставили в особняк, расположенный в лесном массиве недалеко от столицы. Охраны там было, словно Сам в нем находился. Ну, про охрану, это я уже так — на уровне гипотезы. Как Иосифа Виссарионовича охраняют, только одному ему известно.
Новость про Замкова князя не обрадовала. Посмурнел он сразу, а когда я ему про создателя «Гравидана» рассказывал, Александр Владимирович хмурился и головой качал.
Копать под князя начали? Чем-то он проштрафился? Не угодил кому? Там у них наверху всё совсем по-другому. Прижучат князя и я вслед за ним загремлю под фанфары. Всем же известно, что я — его человек.
Глава 43 Третий рапорт
— Какой тебе фронт! В какой госпиталь⁈
Князь порвал мой рапорт на мелкие кусочки.
Сначала — лист аккуратно пополам разделил, согнув его предварительно, затем из него четыре одинаковые частицы сделал, а потом уже мельчил бумагу без всякой системы. Клочки рапорта в пепельницу зло ссыпал и поджег.
— Можешь от огонька прикурить…
Шутить ещё князенька при всём при том изволил…
— Всё! Видел? Твой фронт, Нинель Иванович, в соседнем кабинете! Здесь от тебя пользы гораздо больше будет!
По какой причине Александр Владимирович так из себя вышел? Чуть ногами топать не начал? Ответ прост — за эту неделю я уже второй раз посещаю его кабинет с просьбой отпустить меня в действующую армию.