Тут мне ничего не оставалось, как рассказать князю про японцев. Хотя и сам я знал не ахти как много. Так, чуть-чуть.
— Синоби-но-моно, говоришь… — скорее себе, чем мне, произнес князь. — Откуда?
— Нашел кого спросить… — я почесал затылок.
— Синоби, — повторил Александр Владимирович. — Удивительно, Нинель, удивительно.
Ну вот, опять — то Иван, то — Нинель.
— Вернемся — разберемся, — почти срифмовал князь. — Лишь бы туман сошел. Всё, спать пошли. Скоро уже вторые петухи будут…
Не скоро, а уже должны были петь.
Я машинально посмотрел на часы. Опаздывают что-то петухи — перемена погоды намечается. Вчера пасмурно было, значит — с утра разгуляется, вёдро будет. Ну, это — не хуже.
Кстати, и красный закат сухую погоду обещал. Но — всякое бывает. Прогнозы погоды давать — дело неблагодарное.
Утро выдалось солнечным, пусть и с ветерком.
— Доставить сюда дезертиров, — распорядился Сталин.
Так вот какой вопрос хотел он порешать! С дезертирами местными разобраться.
Я тоже с солдатами напросился. Почему? Сам не знаю.
— Пошли за лодками. — бывший старший унтер махнул рукой в сторону леса, что рос рядом с деревней на высоком берегу Вятки.
— За лодками? — в моем представлении лодки должны у реки находиться, а он на лес показывает.
— За лодками, за лодками, — повторил Силантий Артемьевич.
Оказалось, что лодки в Низянах под деревьями прятали на высоком сухом берегу, а когда на них куда-то плыть надо было — сверху на воду спускали. Что им в сырости гнить, хорошую лодку сделать — много трудов приложить надо. Ветки деревьев долбленки и от дождя защищали, да и от чужого недоброго глаза. На реке разный народец бывает, когда и не больно хороший.
Глава 8 Рейд за реку
Сам я лодки-долбленки жителей Низян с высокого берега к воде не спускал. Силантий Артемьевич припахал для этого солдатиков, приехавших с князем из Вятки.
Не солдатики, а горе одно. Сплошь — молодежь, низкорослые, худые какие-то. Откуда им другими стать — подростковые и юные годы их на войны пришлись, с питанием в это время не очень богато было. Да и сейчас — плоховато, особенно в городах.
Я и князь Александр Владимирович на берегу небольшого затончика неторопливо перекурить успели, пока служивые лодками занимались, спускали их вниз. Спускать-то ладно, а вот если поднимать их им надо бы было? Справились бы? Кто знает…
Вода в затоне — черная-пречерная, стоит — не колыхнётся. Только иногда рыбина плеснется и всё.
— Как переправимся — молчок. Идем за мной тише тихого… — проинструктировал бывший старший унтер солдат. — Чтобы никто ничем не стучал, не брякал.