— Виктор, я видела, что случилось, — произнесла она. — Тебе нужно уходить к нам. Здесь достаточно припасов, мы уйдем вдоль берега…

— Без автодока я не доплыву, — сообщил с улыбкой в ответ. — Так что как только я запущу бомбардировщики, можешь уплывать, Мэрау. Может быть, еще когда-нибудь встретимся.

Дура, ну, куда вот она уплывет? В самом деле, что ли, не понимает, что ее схватят раньше, чем смогут рассмотреть платформу с берега⁈ Или и того лучше — потопят какими-нибудь торпедами, оставшимися с войны, не разбираясь, кто там и с чем. Да и что говорить, система управления там дистанционная, завязана на зону «А». Так что, отстав от берега, Мэрау будет вынуждена умереть от голода сама и обречет на ту же участь Дарана.

Наверное, следует напомнить ей об этом. Хотя в текущей ситуации мне, скорее всего, к тому моменту будет уже все равно.

Вздохнув, активировал связь с броней Мэрау, и лицо кошки тут же появилось на дисплее.

— Ты передумал?

— Слушай меня внимательно, Мэрау. Платформа, на которой ты сидишь, управляется из моей базы. И только из нее. Ты не сможешь контролировать направление движения.

— Если разобрать один самолет, я смогу взять оттуда нужные детали, и…

Я подумал еще немного.

— Нет, Мэрау, это не поможет. Без оборудования у тебя уйдет слишком много времени. Установи на один из беспилотников следующую схему…

Перебросив ей чертеж для модификации беспилотного самолета в пассажирский, отключил связь и пометил в сети нужную машину. Так кошка увидит, какой из бомбардировщиков можно изменить. А я, соответственно, не пошлю его в бой. Запаса энергии ему хватит, чтобы пересечь зону джунглей, а дальше уж девчонка с ребенком найдет, куда им двоим пристроиться. Смогла же она, в конце концов, прижиться у меня? А это будет посложнее, чем в соседнем селе среди соплеменников.

С другой стороны, я ведь тоже мог бы попытаться улететь. Да только вряд ли ослабленный организм вынесет перегрузки. Я не сказал Мэрау ничего, но полет легким не будет ни для нее, ни для мальчишки. Вот только джаргары умеют залечивать раны, и любой из них на моем месте уже бы был здоров. Однако я не джаргар, для меня все кончится еще на взлете.

Зажмурив глаза от накатившей волны боли, сделал глубокий вдох. Но когда у тебя только-только порылись в кишках, никакой шаолинь не поможет.

Над головой повис автодок. Жужжа манипуляторами, вкатил мне дозу обезболивающего. Цветные круги перед глазами ослабли, утратили интенсивность, а в распаханном животе перестало жечь, как в мартеновской печи.

— Спасибо, — открыв глаза, с облегчением выдохнул я.