— У него есть квартира, он там живет. Конкретный адрес я не знаю. А еще он куда-то ездит… За город. Он и раньше рассказывал. Шмотки у него какие-то грязные валялись на заднем сидении, я еще тогда заметила, когда типа «бросилась» под машину. Он меня подвез еще тогда.

— Шмотки… За город? — нахмурился Турка. — Как ты узнала?

— Да не перебивай ты, слушать не умеешь. Мы с родителями его однажды встретили в районе Синявской. У нас там бабушка живет.

— Как встретили?

— Колесо у него спустило. Историк еще нервничал жутко, а мой папа помог ему сменить запаску. Он прям так кипятился, как будто опаздывал куда-то. Это перед Восьмым марта случилось, ездили к бабушке гостить.

— И вы ему помогли, а потом?

— Потом — что? Ничего.

— Ну ты говоришь — у него там дом…

— А что еще, если он туда поехал? Может, что-то на даче нужно было забрать или сделать. С ним отец разговаривал, а историк запинался, и невпопад отвечал. Мой батя еще говорит: «И такие перцы у вас предметы ведут? Блеет что-то, его и не слышно в классе, наверное».

— Он сказал, что ехал с дачи или откуда ты это взяла?

— Да чего ты орешь-то? — возмутилась девчонка. — Да, говорил. Вроде упомянул, что собирается выставлять на продажу или что-то такое. Чо ты прицепился к этой даче-то?

— Ничо, — ответил Турка. — Просто есть разница — может, от друзей ехал.

— Нет, про друзей он точно не упоминал. Сказал, сигнализацию проверял.

— Ладно… Ты мне телефон тоже свой дай. На всякий случай.

Видя, что Воскобойникова медлит, он усмехнулся:

— Да я не буду тебе по ночам шептать трубку. На всякий случай.

Алина продиктовала ему цифры, Турка забил их в свой мобильник. Попрощавшись, ребята разошлись на перекрестке. Турка помедлил, а потом бросился назад, к школе, надеясь, что еще не поздно.

Вернулся обратно он быстро. Согнулся, с тяжелой одышкой упираясь ладонями в колени. Однако с удовлетворением увидел и «Опель», и «Пежо» Марии Владимировны.

Турка походил взад вперед, думая, что если первым выйдет историк… но нет, у него урок должен быть еще один. А может и нет.

Конечно, рациональная часть разума подсказывала, что он лишь цепляется за соломинку. Ничего ведь нет конкретного. Зачем он вообще сюда так спешил? Мария Владимировна повертит пальцем у виска. Почему у него нет знакомых на колесах…

Лавочки сырые, не присядешь. Школьный двор пустой, большая часть учащихся разошлась по домам. Вот какие-то мелкие выпорхнули, вот вышел сутулый мужик, наверное, чей-то папаша.

Вот запоздалая старшеклассница… нет, это она. В горле моментально пересохло, но Турка поспешил наперерез. Мария Владимировна шла и улыбаясь, читала что-то в телефоне. Потом подняла глаза, на лице мелькнуло недоумение, а потом она улыбнулась: