Гоблин повёл факелом в сторону, и тени от костяных гор уродливо заплясали по своду.

— И раз здесь свалка, значит, этот путь ведёт прямиком в их основное логово.

Я посмотрел на бескрайние залежи костей. Их было слишком много для пары десятков тварей.

— И сколько их там?

— Достаточно, чтобы и наши кости тоже здесь оказались.

— Значит, этот ход не подходит, — сказал я, пятясь к выходу.

— Без вариантов, — кивнул старик.

Мы вышли обратно.

Оставался последний туннель, в котором я видел кладку паучьих яиц.

Зуг’Гал долго хранил молчание. Он присел у самой большой кладки, осторожно взял в руки половинку скорлупы и покрутил её перед глазами.

— Шаргаты, — наконец произнёс он. — Редкие пауки, нэк.

— Впервые слышу это название.

— И не должен был. Даже я никогда их живьём не видел. У них низкая выживаемость молодняка. Кладка всегда огромная, но до взрослого состояния доживают единицы.

Я оглядел сотни пустых оболочек, заполнивших пол и ниши в стенах.

— И кто же их так активно жрёт? Несыти?

Гоблин усмехнулся.

— Они сами пожирают своих сородичей.

— Каннибалы?

— Именно, нэк. Сразу с рождения. Из всех этих, — он обвёл рукой кладку, — к нынешнему моменту осталось не больше десятка. Но это десять самых сильных, хитрых и агрессивных тварей.

Я невольно представил пауков, которые ещё больше вымахали на мясе собственных братьев.

— И родители, скорее всего, всё ещё патрулируют территорию где-то рядом, — добавил он, поднимаясь на ноги.

Я молча кивнул. Перспектива встречи с «родителями» таких крошек меня не прельщала.

— Значит, и сюда мы тоже не пойдём, — констатировал я.

— Конечно нет. Твари быстрые, злобные и невероятно живучие.

Получается, нам оставался только один путь. Гномий туннель. Идеально ровный и пугающе правильный.

— Там наверняка будут гномьи ловушки, — негромко произнёс Зуг’Гал, всматриваясь в черноту идеально гладкого туннеля. — Не спешите и смотрите в оба глаза. Ступайте строго след в след.

Гоблин протянул руку и вложил мне в ладонь лист чёрного подорожника.

— Зачем? — переспросил я, недоумевая.

— Скорми самке.

Я перевёл взгляд на девушку.

Она уже сама тянулась за листом. Никаких вопросов. Ни тени удивления. Будто это была привычная рутина.

Я передал ей лист. Талли взяла его, коротко кивнула и молча отправила в рот. Она тщательно разжевала его и проглотила, даже не поморщившись.

— Пойдёшь первой, нэк.

Растение уже начало воздействовать, поэтому Талли послушно кивнула.

— Арах, ты сразу за ней.

— Почему я? — в отличие от девушки, Полуухий трезво осознавал угрозу.

— Хочешь прятаться за спиной старика? — прищурился Зуг’Гал.