— Аналогия понятна, хоть и не совсем уместна.

— Хорошо, господин полковник, вы же согласитесь со мной, что винтовочный патрон излишне мощный, поэтому, кстати, и планируете использовать в своем автомате либо разработанный вами патрон, либо японский Арисака…

— А откуда вам, сударь, известно о моем автомате? — Федоров подозрительно смотрит на меня. — О нем, кажется, в газетах не писали!

— Наш батальонный командир — выпускник Академии Генштаба. — Блин, подвело послезнание, надо как-то выкручиваться. — Его любимая присказка — «Генштабисты должны знать все, и немного сверх этого». Вот он нам и рассказывал.

— Офицер-генштабист — и вдруг батальонным?.. Странно, никогда не слышал…

— Дело в том, что наш батальон создан для решения специальных задач. Прорыв обороны противника, разведка и диверсии в его тылу. И он только что сформирован…

— Так вот при прорыве обороны вам и придется идти на пулеметы, не имея возможности отвечать на огонь противника!.. Погодите!.. Штабс-капитан Гуров?.. Как же я сразу не сообразил! — Федоров уже с искренним интересом смотрит на меня. — Вы же…

— Так точно, господин полковник. Но это не имеет отношения к нашему разговору. А прорывать оборону мы будем по-другому, с помощью бронеавтомобилей. Нам передали три авто, их сейчас блиндируют. Это — еще одна цель моей командировки. Насколько я знаю, у вас, в школе этим тоже занимаются.

— Давайте-ка обойдемся без ненужного официоза… Денис Анатольевич! Насчет бронемашин и тактики — это не ко мне. Обратитесь к генералу Филатову… Да, вы сказали, что привезли образцы карабинов. Можно взглянуть?

— Разрешите прямо здесь?.. — выкладываю из портфеля на стол холщовый сверток с кучей запчастей. Так, ствольная коробка со стволом, болванку затвора — внутрь, вкручиваем обычный болт в качестве рукоятки, вставляем направляющий стержень с возвратной пружиной, теперь задник, стержень другим концом крепим к нему гаечкой, далее — заглушка-крепление проволочного приклада, магазин — в горловину… Всё…

Кладу «Стеньку» на стол. Следующий мешочек. Кучка железяк через минуту превращается в «Бету». Владимир Григорьевич, внимательно следивший за моими манипуляциями, берет в руки первый образец, с любопытством осматривает его со всех сторон, взводит затвор, вхолостую щелкает… В общем, дорвался человек до любимого занятия. По памяти разбирает автомат, тщательно осматривает каждую детальку.

— Ага… Так-так-так… Интересно… А где его делали?..

— В железнодорожных мастерских.

— И что, хватило оснастки?

— Так точно. Тут самое сложное — затвор. Требует точной фрезеровки. Вроде бы справились…