— И тем не менее, эта стихийная и малограмотная масса вскоре может смести с лица земли то, что называется Российской империей! — теперь уже Келлер начинает проявлять эмоции. — Плевать на то, что погибнут еще три империи, меня заботит только Россия и российский император! Необходим лидер, который поведет эту массу за собой на благо страны, а не какой-то мировой революции!

— Да, Денис Анатольевич, вы правы. — Павлов услышал мое бурчание «Не можешь предотвратить пьянку, — возглавь ее». — России нужен лидер, и единственный шанс — у вас в руках, Михаил Александрович… Но всё-таки дайте закончить нашему юному другу.

— По идеологической работе… Это, конечно, надо делать не срочно вчера, но и медлить нельзя. Возрождать Сокольские общества для юношества, тоже под эгидой императора, причем начинать с возраста в семь-восемь лет. Сейчас из-за войны столько детей потеряли родных, стали беспризорниками! Для них создавать интернаты, но не такие убожества, как существующие дома призрения. Каждый пацан должен ощутить, что он — не изгой, что о нем думает и заботится Сам император! Поэтому — учиться, учиться и учиться… — Дьявол, уже Ленина цитировать начал!.. — В общем, в обязательном порядке хотя бы начальное образование, практические ремесла, если душа к ним лежит. Те, у кого хорошо идут науки, — в отдельные классы с углубленным изучением предметов и последующим поступлением в гимназии, университеты, училища. И забыть напрочь про указ о кухаркиных детях — такой громадный потенциал теряем!.. В Гомельских железнодорожных мастерских, мне тесть рассказывал, работает простой столяр. С начальным образованием. Но получивший официальную привилегию на изобретение вертолета! Сколько таких уже сгинуло в безызвестности, как лесковский Левша⁈ Далее, на каникулах — обязательные для всех летние оздоровительные лагеря на базе воинских частей, взявших шефство над интернатами. В качестве развлечений — изучение основ военного дела и подвижные игры на свежем воздухе…

— Денис Анатольевич, вы так красиво все описываете, только вот сейчас это практически невыполнимо, — в княжеской интонации явно слышен скепсис.

— А вот тут все зависит от командира и солдат, точнее, от той атмосферы, которая царит в подразделении. У меня, кстати, в батальоне двое воспитанников, брат с сестренкой. Чувствуют себя замечательно, сыты, одеты, обуты, девочка готовится к поступлению в гимназию, парнишка уже служит ординарцем. На время боевых действий остаются с нашими нестроевыми, а так — целый батальон дядек у них.

— Где же вы их подобрали? — Брови великого князя удивленно поднимаются.