Илья мысленно выдохнул, готовясь к самому ответственному шагу, из-за чего он и заварил весь этот сыр-бор.
— И привилегию на армейские поставки — три.
— Исключено, — заявил Фанияр, — если первые два пункта ещё обсуждаемы, то третий точно нет.
Весь вид толстяка демонстрировал непоколебимость в своих словах, но Муром лишь усмехнулся.
Он и не рассчитывал, что магнаты с ходу согласятся на его предложение.
Более того, Муром четко понимал, что это не что иное, как очередная проверка.
И от того, как он отреагирует на категоричный отказ Фанияра, зависит ход дальнейшей беседы.
С одной стороны, все эти постоянные проверки жутко утомляли, с другой — Мурому было не привыкать.
Бизнес — это та же самая война, только на войне за бой погибают десятки, иногда сотни, в редких случаях тысячи воинов, в то время, как одни переговоры могут убить миллионы.
Или, соответственно, спасти.
Цинично, жестоко, но в мире Мурома подписанный договор подчас имел бОльшее значение, чем целая дивизия.
Но самое страшное — Илье это… нравилось.
Нравилось принимать масштабные, глобальные решения, нравилось влиять на окружающий его мир.
И самое главное — ему нравился сам процесс торговли или, если угодно, переговоров.
— Что ж, — Муром изобразил сожаление, — кто я такой, чтобы настаивать на страховке для торговых караванов и десятипроцентных кредитах?
Ваша репутация с Фанияр Обусько выросла на 100 пунктов
Текущий уровень — Нейтрально. До Дружелюбия 300 пунктов
Ваша репутация с Огюстом Божеским выросла на 100 пунктов
Текущий уровень — Нейтрально. До Дружелюбия 250 пунктов
Фанияр переглянулся с Огюстом и едва заметно кивнул.
— С другой стороны, — неохотно, словно оказывая вселенское соглашение, протянул Огюст, — мы можем выкупать всю сельхоз продукцию Малых Вых…
— Или я могу ответить на приглашение капитана Мареса, — также неохотно ответил Муром. — Или зайти в гильдию охотников за головами, или заглянуть в гости к интенданту Шавичу.
— К Шавичу? — усмехнулся толстяк. — Только если охота получить по шее…
— Если вы, уважаемый Фанияр намекаете на то, что главный интендант гарнизона Сибурска не принимает без рекомендаций, то их есть у меня.
— Да что вы говорите, — усмехнулся толстяк, — и от кого же?
— Сержанту Шарону очень понравились наши тыквы, мед и хлеб, — усмехнулся Муром, не став говорить, что больше всего сержанту понравились халявные брага и вино. — Настолько, что он поклялся обеспечить своих боевых товарищей таким же провиантом.
— Кто будет слушать отставного сержанта? — поморщился толстяк.
— Мало кто, — согласился Муром. — Но мне хватит и одного интенданта Шавича.