— Сейчас, когда вы получили представление, с кем имеете дело, предлагаю поговорить… — от улыбки Мурома напряглись все без исключения переговорщики, — о действительно серьёзных вещах.
— И что же умелый воин, — первым заговорил толстяк, — подразумевает под серьезными вещами?
Остальные напряженно молчали, но Муром чувствовал их интерес.
Даже Чичикано, которого Илья только что растоптал, обратился в слух.
— Золото Сибурска, конечно же, — усмехнулся Муром. — Снижение расходов и увеличение прибылей.
— А не много ли ты на себя берешь? — тут же отреагировал Чичикано. — Нам тут пришлые не нуж…
— Обожди-ка, Пабло, — толстяк, при молчаливом согласии Огюста оборвал главу фин отдела. — Пусть умелый воин закончит свою мысль.
«Все, Илюш, — Добрыня победно улыбнулся. — У тебя получилось! Пабло Чичикано — политический труп. Бьюсь об заклад, при наличии альтернативы с ним никто больше не захочет вести дело!».
«Кроме Рико, — мысленно отозвался Муром. — Но это уже проблема магнатов».
«Будешь прогибать Чичикано дальше?»
«Почти, — Муром погладил записную книжку, выигрывая немного времени. — Сейчас будет опасно, будь готов!»
«Всегда готов», — отозвался Добрыня, целиком и полностью сосредотачиваясь на плетении.
— Что ж, — прогудел Муром, когда молчание затянулось. — Буду откровенен с вами, уважаемые. Вы сидите на табурете, у которого всего две ножки, и он вот-вот рухнет, потянув всех вас за собой.
— Любопытная аналогия, — усмехнулся Огюст переводя взгляд с Рико на Пабло. — Но пока что это всего лишь слова.
— Он пытается нас поссорить! — Чичикано в сердцах жахнул кулаком по столу. — Он хочет вбить между нами клин! Он…
— Помолчи, Пабло, — от толстяка повеяло таким холодом, что Чичикано мгновенно закрыл рот и попытался сохранить хорошую мину при плохой игре.
Финансист как никто другой понимал, что под него копают, причем, прямо сейчас!
Копают нагло и дерзко, не гнушаясь прибегать к шантажу.
Совсем… Совсем, как он сам.
Осознавать, что его переигрывают на его же поле было… неприятно.
Вот только Чичикано как никто другой понимал, что сейчас не время возмущаться и качать права.
Заявившиеся на встречу богатыри вместо того, чтобы расстаться с золотом в обмен на смутные обещания, оказались на удивление зубасты.
И мало того, что этот Муром — будь он проклят! — раздобыл где-то записную книжку Гориса, так он ещё и поставил его, Пабло, репутацию под сомнение!
Да и этот выскочка Айван, разменная пешка, которой чудом удалось остаться в живых, и из-за которого и пришлось выложить баснословную «награду»!
Эх, чтоб их всех!