И эльф, наклонившись, зашептал фейри на ушко. Закончив, он испытующе посмотрел на фамильяра и кивнул сам себе.
— Как получишь ответ, залети за пылью на опушку и возвращайся обратно. Будем заниматься тем, что ты умеешь лучше всего.
— И чем же? — удивленно пискнул фейри.
— Диверсиями, конечно, — обронил Ега. — Нам объявили войну, Шпонька. Причем в двух мирах.
— Большой клан-то? — пропищал Шпонька.
— Большой, — вздохнул эльф. — По сравнению с нами — как вот этот шкаф.
— В народе фейри говорят так, — усмехнулся фейри, зависая перед эльфом. — Чем больше шкаф, тем громче падает!
— Ну-ну, — против воли улыбнулся Ега. — Шуруй давай.
— Все будет хорошо, Ега, — серьёзно пискнул фейри, рассыпаясь цветочной пыльцой. — Обещаю…
— Илюш…
Муром очнулся резко — словно кто-то включил рубильник.
Он четко помнил этапы своего сна — сначала он летел над Свободными землями, потом прикоснулся к хрустальной стеле, затем было видение про Егу, звенящее «Обещаю» и темнота.
Следом щелк — и он слышит голос Добрыни и видит перед собой развесистые ветви сосен, через которые пробивается утреннее солнышко.
Вкупе с чистейшим лесным воздухом с едва заметным привкусом хвои, можно сказать, что пробуждение вышло выше всяких похвал.
Илья не мог сказать, сколько он проспал, но чувствовал себя на удивление прекрасно.
Хотя… проспал ли? Уж слишком сильно увиденное походило не на игру воображения, а на чью-то подсказку…
Да и неизвестно откуда взявшийся кусок горного хрусталя, зажатый в кулаке, наводил на размышления.
И Муром, несмотря на великолепно отдохнувшее тело, почувствовал, как голова медленно, но верно становится тяжелой.
Эх, сейчас бы чашечку чая с липовым медком и… новостную сводку.
— Привет, Добрыня, — Муром не удержался и широко зевнул. — Сколько я провалялся?
Судя по ощущениям, они куда-то ехали. Причем конкретно Илья ехал в телеге. А если быть точным, его куда-то везли.
— Тридцать три года, — буркнул сидящий на облучке Алеша. — Ну и напугал же ты нас, дружище!
— Трое суток, — поспешил ответить сидящий на краю телеги Добрыня. — Мы уж думали, ты в кому провалился.
— И повезли к знахарке лечиться? — хмыкнул Муром, принимая сидячее положение и задумчиво рассматривая хрустальный кристалл. — Или и вовсе к Бабе Яге?
Они действительно куда-то ехали по лесу, и, судя по плавному ходу телеги, это была старая имперская дорога.
Взгляд Мурома скользнул по крупу лошади и убежал было дальше, но в следующий момент Илья нахмурился и посмотрел на их «лошадь».
— Не понял, это что, Топыгин?
— А кто ещё? — Алеша отвлекся от разглядывания леса и покосился на друга. — Что до твоего первого вопроса, то Горыныч сказал, что сам очнёшься — Ты как вообще?