Раздался звук гонга. Долгий и пока что первый. После второго удара начнётся бой.

— Эй, парень! Мой Грогги раздавит твою ящерицу в первом же раунде! — лысый парень ткнул копьём в сторону Искорки. — Не жаль тебе её шкурку?

— Ты бы свою шкурку поберёг, — снисходительно улыбнулся я в его сторону.

— Даже не рассчитывай на это, — многообещающе оскалился лысый. — Вот посмотришь.

Разгорячённая толпа за защитной сеткой дружно ревела, накрывая арену плотным куполом шума, больше подбадривая Лёню Хвата и его павиана, которого накачали стероидами по самые гланды. Нельзя так относиться к своему питомцу, ох нельзя.

Я вновь скользнул взглядом по парочке из «Огненных львов». Они внимательно смотрели в нашу сторону. Плотный мужик ухмылялся, посматривая на наш тандем, дамочка печально вздыхала, покачивая головой. Смотрите внимательно, как дерётся Артур Горай, и запоминайте.

— Покажем класс, крошка. На нас очень внимательно смотрят те, кто нам и нужен, — произнёс я, опустившись на корточки перед Искоркой. Она радостно прошипела, хлестнув пару раз хвостом. Всегда готова.

— Ну вот и славно, — положил я руку на загривок саламандры. — Старайся не пропускать мои команды.

Это было сложно. Искорка слушалась меня, но наша Синергия была далека от идеальной. Шутка ли, мы всего пару недель тренировались вместе.

Я поднялся, вздохнул, повёл плечами.

Выиграть можно в двух случаях: когда зверь ляжет в глубоком нокауте или когда с бойца сорвут защиту, обнажая незащищённую часть его тела. Брони на мне нет — только плотная ткань в три слоя. Один точный удар когтем распорет её, и я проиграл. Зато честно. В этих реалиях выживает лишь тот, у кого ловкости через край.

Второй удар гонга.

Пора!

Искорка сорвалась с места первой. Маленькая напарница стремительно побежала вперёд, начиная накручивать зигзаги между лап примата. Грогги пытался её поймать, искренне пытался, но то и дело его когти взрывали песок в сантиметре от Искорки.

— Стоять, придурок! Атака! На хозяина! — зарычал лысый боец, коснувшись копьём загривка павиана. Треск разряда. Зверь взвыл от боли, а я заскрежетал зубами, загоревшись желанием так же поступить и с его хозяином. Этот садист должен прочувствовать на себе то же самое, что и его питомец.

Огромный примат дёрнулся в мою сторону, игнорируя Искорку. Бросился прямо на меня с рычанием и выбросил вперёд длинную лапу, на которой блеснули острейшие когти.

Три, два, один, уклонение, блок щитом. Рефлексы сработали безупречно, позволяя принять мощный удар на деревянный щит. Но это деревянное недоразумение не выдержало, треснуло и распалось пополам. Когти павиана прошли в образовавшуюся брешь, и добрались до моей защиты, разрывая на плече верхний слой намотанных тряпок, но не добираясь до тела.