Костя судорожно выдохнул, и в его глазах блеснула робкая благодарность.

Мой взгляд переместился на Леру. Дикарка сидела в стороне, слушала, агрессивно скрестив руки на груди. В глазах её я различил злобу. Она бросала колкие враждебные взгляды то на меня, то на остальных. Но я понимал, злилась она исключительно на себя за то глупое поражение.

— Соколова, — я шагнул к ней, и мой тон мгновенно изменился, перерастая в более холодный и жёсткий.

Бублик угрожающе зашипел, вышел вперёд, а Лера даже не шелохнулась, чтобы его остановить.

— Чего тебе?.. тренер? — огрызнулась она.

— Ты провалила бой, — я выдал ей словесного «леща» при всех, без малейших скидок на её тяжелую судьбу. — У тебя был чёткий план. Выманивать и контратаковать. Ты его проигнорировала. Попёрла на рожон, купившись на дешёвую провокацию. И подставила Бублика под удар.

Лера с вызовом вскинула подбородок, её глаза сузились.

— Мой зверь лучше знает, когда бить! Именно это спасало меня и не раз! — прошипела она, словно разъярённая кошка.

— Но не в этот раз! Твой зверь проиграл за полторы минуты! — я рявкнул так, что дикарка осеклась, а варан угрожающе поднял загривок, опуская голову. Лера ухватила за ошейник, притягивая к себе. — Запомни правило стаи, Мангуст. Вожака слушают не потому, что он громче всех рычит. Его слушают потому, что с его планом стая выживает. А те, кто бежит впереди вожака, обычно первыми и падают. Взгляни на факты. Трезво и без эмоций. Те, кто слушал, что я говорил, принесли победу. Ты принесла ноль.

Лера тяжело сглотнула. Её челюсти сжались до скрипа. Желваки на скулах заходили ходуном. Обида душила её, глаза заблестели от подступающих слёз. В то же время она была согласна со мной. Счёт на табло говорил сам за себя.

Поэтому Лера молча кивнула, отводя взгляд. Урок был усвоен.

Я повернулся к Денису.

Мажор уже переместился на потёртые маты у скамьи, прислонившись спиной к переливающемуся боку Неона. Дэнни пребывал в глубокой прострации, и будто издалека посматривал за моими наставлениями. Он до сих пор не мог до конца осознать ни свой триумф на арене, ни сцену с отцом в зале.

— Ветров, — я остановился перед ним.

Денис вздрогнул, поднял глаза, инстинктивно ожидая очередного разноса.

— Ты сделал то, что от тебя требовалось, — произнёс я скупо, но весомо. — Но хвалю я тебя не за скорость. Я хвалю тебя за чутьё.

Я кивнул на аккуратно сложенную у стены матовую кевларовую броню из спонсорской поставки.

— В последний момент перед выходом на бой ты снял броню «Спайк» и надел то, что реально защищает. Это было правильное и взрослое решение бойца. Молодец.