Потом Когтехват, как я прозвал крысу, уронил на лопатки усиленного чешуйчатого носорога. Тот был защищён элитной бронёй, и габаритами в три раза больше моего питомца. И Когтехват победил на глазах у десятков тысяч зрителей. Я до сих пор помню вкус того триумфа и ушибленное плечо, которое я восстанавливал неделю.

С третьей попытки я нащупал на стене крохотный выключатель, щёлкнул им, поднимая тумблер. Крохотную прихожую залило тусклым светом. Прихожая — одно название. По мне так это жалкий клочок жилплощади, который сразу переходил в одну единственную жилую комнату, обустроенную скромно и безвкусно.

Я иронично улыбнулся старому шкафу и разложенному дивану, который занимал почти всё свободное пространство. Уж точно не мои чемпионские апартаменты, в которых можно было даже пробежки устраивать.

Первым делом я добрался до кормушки Искорки. Насыпал ей половину того, что оставалось в серебристом пакете.

— Приятного аппетита, кроха, — улыбнулся я саламандре, которая увидела еду и настойчиво пошлёпала к ней, при этом забавно причмокивая. Добравшись, она принялась жадно поедать пищу.

Ну а я нашёл ковшик, залил водой, засыпал в неё овсянку. Всё, что у меня было. Пока так. Без масла и молока. Ну хотя бы соль есть, и то хорошо.

Через пять мы поужинали, затем я переложил сытую Искорку в подготовленную горячую купель, точнее тазик, который выполнял эту роль.

— Всё, подруга, теперь можешь расслабиться, — приложил я ладонь к холке саламандры, считывая её вибрации.

Сейчас я чувствовал Искорку. Хоть крошка и утолила голод, она устала, а ещё была раздражена. Вечер выдался насыщенным, да ещё этот непростой бой с приматом сказался на её эмоциональном фоне.

Обычные гладиаторы принялись бы в этом случае пичкать саламандру стабилизирующими антистрессовыми кормами, которые поначалу действительно помогли бы ей. Но я против такого подхода. Ведь напряжение никуда не денется. Оно отойдёт на второй план, а потом к нему прибавится ещё немного усталости и напряжения. А потом ещё немного. И ещё. Пока не случится трагедия.

Искорка задрыхла, тихо урча под моим прикосновением. Ну вот и славно. Значит и мне пора.

Сходив в душ, я растянулся на скрипучем диване,

Что же ты хочешь от меня Вэллор? Всё время говоришь загадками. Я потянулся к нашей с ним связи и попытался вызвать его в эфир. Но там было тихо. Дракон был еще мал и ему стоило колоссальных усилий связываться со мной. Раз молчит, значит, копит силы.

Я перевернулся на правый бок, а потом закрыл глаза, стараясь не думать ни о чём. Получилось. Я уснул.

Звон будильника врезался в мозг. Я открыл глаза, и понял, что надо спешить. До восьми часов осталось всего каких-то пятнадцать минут.