Я наклонился чуть вперёд.

— Я бы на вашем месте не делал резких движений, — произнёс я полушёпотом. Настолько тихо, чтобы услышал мои слова только Ветров-старший. — Если Денис с Неоном экстренно снимутся с квалификации, фамильяр обязан пройти полный независимый ветконтроль Лиги. Это стандартная процедура.

Я выдержал паузу, позволив ему обдумать информацию, и нанёс последний удар.

— Аппаратура Лиги фиксирует каждую мелочь. Когда приборы покажут травмы нервной системы и характерные следы от… специфического электрического воздействия, инспекторы начнут задавать вопросы. Очень неудобные. И спрашивать они будут не парня, который боялся ослушаться, а того, кто ему приобрёл хрустального барса. Того, в чьём доме Неон находился и на чьё имя он записан. А это уже уголовное дело, и пожизненный бан на любое выступление в Ассоциации.

Я увидел, как зрачки Ветрова-старшего сузились, как поджались его губы и кровь отхлынула от его лица. Я попал в яблочко. Моё утреннее предположение о природе страха Неона перед разрядами оказалось верным.

И самое главное, нужный мне эффект достигнут. Ветров-старший понял, что я не блефую.

Отходя на дистанцию, я позволил себе вежливую деловую улыбку, оставляя ему единственный выход, чтобы сохранить лицо перед сыном и всей командой. Уйти прямо сейчас.

— Денис остаётся в гильдии, господин Ветров, — громко произнёс я. — У него есть потенциал, а у Неона — перспективы на Бетонке. Мы обеспечим им правильное развитие, я гарантирую. А вы можете приехать и поддержать своего сына на первом этапе квалификации. Как заботливый отец и инвестор.

Мужчина судорожно сглотнул, опустил руку, которая тянулась к поводку Неона, пряча её в кармане. Его ледяной взгляд метнулся на Дениса, затем снова на меня. В нём не было ни капли благодарности, лишь бессильная злоба загнанного в угол хищника. Следом он поправил галстук, прокашлялся.

— Это просто смешно. Вы можете прикрываться бумагами и строить из себя великого наставника, Горай. Но эта помойка, — презрительно обвёл он взглядом замершую команду, — не пройдёт и первого раунда квалификации. Вы даже медкомиссию не переживёте.

Я не стал отрицать, не стал и оправдываться. В мире Арены слова не сто́ят ничего. Работают только факты… и ставки.

— Заключим пари, — ровно и отчётливо произнёс я, не повышая голоса.

Отец Дэнни замер, слегка прищурившись. Он ждал условий.

— Если мы проходим первый раунд Бетонки, — продолжил я, не отводя взгляда, — вы не вмешиваетесь в тренировочный процесс до конца сезона и не приближаетесь к Неону. Вообще.

Я выдержал паузу, позволяя обдумать сказанное.