А Федя ещё сомневался. Он не верил ей до конца, но пока она была к нему добра — всё больше проникался доверием. И это, если честно, было странно. Обычно подростки своим мозгом, напрочь отдавленным гормонами, хоть чуть-чуть да соображают.

— Обними меня! — вдруг потребовала статуя у почти размякшего Феди. — Обними, мне так не хватает твоего…

Чтобы выполнить её просьбу, пришлось бы поднять руки: каменная дева была выше аж на полголовы. Это усилие впавшему в прострацию Феде далось нелегко: сначала он беспомощно помотал головой, не сразу сообразив, чего от него хотят. И в тот момент, когда его руки начали подниматься, тьма в проходе за стойкой вновь зашевелилась.

А в следующее мгновение на столешницу вспрыгнул тот, кого здесь не ждали.

И выдал самое разумное, что мог:

— Му-умя!

Причём мявк был такой осуждающий, что даже мой пубертатный двойник смутился. И отступил от каменной искусительницы на один небольшой шаг.

А сама Тьма резко повернулась к коту:

— Ты-ы-ы! Предатель! Как ты посмел сюда явиться⁈ Кто тебе позволил⁈

Темнота в проходе снова зашевелилась, а потом из-за стойки раздался грохот и сдавленные ругательства. Через секунду рядом с котом поднялся Андрей, и у меня от сердца отлегло. Этот тип в замасленной майке точно не захочет обниматься со статуями.

— О! Опять каменная баба! — удивился он, после чего перевёл взгляд на Федю и приветственно усмехнулся. — Здорово, малой! Опять тебя на всякую дрянь тянет, да? Сочувствую. А я тебя у храма ждал-ждал… А потом этот кот появился, и давай звать куда-то!

— Убирайтесь! Вы оба! И ты, и твой кот! — Тьма открыла глаза, полыхнувшие чернотой, и, уперев руки в бёдра, раздражённо топнула, как самая обычная сварливая женщина. — Не мешайте нам! Я верну Феде его тело! Подарю ему жизнь! Настоящую!..

— Вообще-то, дамочка, это не мой кот, — пожал плечами Андрей. — А жизнь…

Он на миг присел за стойкой, а когда появился вновь, в руке у него был череп. И этот череп Андрей водрузил на столешницу, аккуратно пристроив на место поломанную челюсть:

— Не этому ли парню ты в прошлый раз жизнь обещала?

— Это женский череп… — поджав губы, заметила Тьма.

— Да какая разница⁈ — Андрей захохотал. — Это череп, дура ты каменная! И этому черепу плевать, кому он принадлежал при жизни! Он просто мёртвая кость!

Он постучал по этой самой кости, не испытывая, похоже, пиетета перед чужими останками. А череп противно захрустел, живо напомнив звук, который раздавался, когда статуя ходила за стойкой.

Она что там, по черепам разгуливала?

— Не зли меня! — Тьма нахмурилась и двинулась на Андрея. — Не зли, или я отправлю тебя в небытие прямо сейчас! И уже твой череп будет лежать тут…