Официантки во фривольных нарядах сновали между кухней и столиками, профессионально хлопаясь по задницам. Ну а я пристроился в стороне от основной компании и, перекусывая, стал слушать. Впрочем, ничего особо интересного не выслушал: выпивка, бордели, ну и похвальба. И люди этим занимались, и цверги, и странные разумные. Вроде бы и люди, но очень резкие в движениях. И резкие чертами лица: острые, грубо очерченные. Держалась пятёрка этих джентльменов не вместе, а в общей компании и за разными столиками, так что решил я у своего фактически соседа уточнить — а кто он. Не слишком вежливо, но и не слишком оскорбительный вопрос «какой ты разумный?» Вот если спрашивать «разумный ли ты?» — вот тогда можно и на неприятный ответ напроситься, возможно, даже с рукоприкладством.

Так что кивнул я этому странному разумному, поймав его взгляд, дождался ответного удивлённого кивка и представился:

— Фиктор Хманум, механик.

— Окху Оссори Файлид, лидинг, — представился лючитон в ответ.

И прочие соседи стали представляться, я автоматически кивать в ответ. Потому что ответ на свой вопрос я получил в момент представления: оборотни или полуморфы на Камулодуне распространены, вот только в городах их днём с огнём не найдёшь. Ночью и без огня — тоже. Вообще их, оборотней, относили к отдельному виду, хотя тут как посмотреть. И по легендам, и по просто фамилии (а все лучитоны носили одну фамилию своего прародителя — короля Файлида) выходило, что не совсем вид. Да и от метаморфов Европы разного вида и типа наши лючитоны очень отличались. Как минимум тем, что обернуться в зверя целиком (зачастую с мистическим набором или потерей массы) наши оборотни не могли. Только частичная, вроде удлинения рук, выворачивания суставов и оволосения, трансформация. В войне с сидхами были с людьми, а вот сейчас — населяют хутора и деревеньки. На морфировавшего лучитона очень плохо действует железо — лёгкие ожоги от недолгого прикосновения, как рассказывала натурфилософия. В человеческом виде — просто неприятно, как и сидам, кстати. Но даже не в этом дело: мануфактуры и производства. Гарь и чад, которые мы, люди, практически не замечаем, цверги не замечают вообще. А для лучитонов — смрад и тошнотворие. Сидхи мистически защищаются, а у лючитонов выходит так неприятно: либо болеть и страдать, привыкнуть они к смогу не могли. Либо лишить себя мистически или лекарственно обоняния. На что они идти не собирались точно: у лучитонов шесть десятых информации об окружающем мире — нюх. Этот как человеку один глаз себе вырезать, а второй скрыть под полупрозрачной повязкой.