Анатолий, слушавший его с улыбкой, добавил:
— И чтобы Елена к нам чаще ходила.
— Ну да, — тут же покраснел Павел. — Мы для неё отдельный блок сделаем. С полками для трав, со столом и очагом. Я сам всё отстрою и сам всё оплачу.
Наступила тишина, которая тут же переросла в дружеский гогот.
Николай хлопнул себя по колену.
— Вот молодец! — объявил он. — Прекрасная идея! Просто прекрасная! Я как раз думал, что нам в таверне не хватает… — он сделал паузу, — лекарской комнаты.
— И все под присмотром будут, — с достоинством сказал Павел. — И я буду спокоен за всех страждущих этой деревни.
— За всех, — согласился Анатолий.
— Особенно за одну зеленоглазую особу, — не выдержал Сидор.
— Я не понял намёка, — сказал Павел.
Никто, разумеется, ничего не произнёс вслух. Но по лицам было видно, что понял намёк каждый, и что Анатолий теперь будет припоминать это Павлу, как минимум до зимы. Ну, пока не отыграют свадьбу с возлюбленной Павла.
Я, кстати, идею поддержал всерьёз.
Отдельное помещение для раненых, это элементарная санитария. Мало ли путников с дороги прибудет нездоровых. Больной в общем зале, это грязь, запах и риск, что от него что-нибудь подхватит вся деревня. Не выгонять ведь человека на улицу, как Пётр. А еще да, это возможность держать Елену рядом. Елена нам здесь нужна не меньше, чем Павлу.
Хотя, конечно, без романтики.
Я взял вторую доску.
— Так, — сказал я. — Теперь про домики. Только давайте я сначала расскажу, как я это вижу целиком, а вы потом будете спорить.
— Валяй, — Сидор устроился поудобнее.
Я нарисовал в углу доски кривоватый овал.
— Вот озеро. Вот берег. Здесь у нас таверна, здесь дорога. — Уголёк пополз по доске. — А вот сюда, на пологий склон, мы ставим не один домик и не два. Мы ставим посёлок.
— Сколько?
— Двенадцать простых, — я начал ставить квадратики. — Это основа. Маленькие, чистые, тёплые. Одна комната, лавки для спанья, стол, крючья, окно. Для обозников, для проезжих, для тех, кому надо просто переночевать по-человечески.
— Двенадцать⁈ — Николай икнул.
— Погоди, это не всё. Дальше пять получше, — я поставил ещё пять квадратиков, покрупнее. — Просторнее, отделка лучше, окна больше, лавки шире. Тут уже не спят вповалку, тут живут пару дней. Это для купцов средней руки и для тех, кто с семьёй.
— А это? — Сидор ткнул в три квадрата, которые я нарисовал ближе всего к воде.
— А эти три хоромы люкс.
— Чего?
— Лучшие, — поправился я. — Большие избы в два этажа или с мансардой. С террасой. Всё есть, всё удобно, отдельный вход, отдельный стол, полки, сундуки, места на пятерых. Вот в такой и будет жить наш Владислав, когда вернётся, и вот такие мы будем сдавать за такие деньги, что можно месяц не работать. И обслуживание в них будет первоочередное.