— Не беспокоюсь. Как лорд-защитник, я разрешил и даже скорее обязал к ношению оружия горожан. Поэтому попрошу, не обнажая свою оборону, передать ополченцам какое возможно оружие, доспех и так далее. Если вы лично знаете горожан, то давайте тем, кого знаете и в ком уверены, никакой системы в передаче оружия нет.

— Ну, может, Вас такое заинтересует? — оживился комендант. — У нас в подвале целый арсенал старого оружия хранится. То, что с конфисковали у пойманных разбойников, то, что солдаты списанное приносили. Мечи там всякие, топоры, копья. Не новые, конечно, хлам, но ещё крепкое всё.

— Показывайте.

Подвал тюрьмы оказался настоящей сокровищницей для организатора обороны. Здесь лежали груды оружия — от простых дубинок до неплохих мечей и боевых топоров. Не самое качественное снаряжение, но для вооружения ополченцев вполне подходящее.

— Забирайте всё! — улыбнулся Погорел. — Все равно без дела лежит.

Я мысленно прикинул количество. Оружия хватит для экипировки примерно полусотни человек. Неплохая добавка к нашим ресурсам.

— Отлично. Спасибо, Погорел. — Я кивнул квизам, — попрошу моих ребят перетащить всё это добро. Теперь к другим вопросам. У вас тут орки сидят.

— Горячие ребятишки, — вздохнул Погорел. — Но не злые. Просто молодость играет, да характер орочий дает о себе знать. Пойдёмте, покажу.

Он провел нас внутрь. То, что я увидел, меня удивило. Я ожидал увидеть мрачные камеры, закованных в кандалы заключённых, может быть, следы пыток или хотя бы атмосферу подавленности и страха.

Вместо этого в тюрьме царила почти домашняя обстановка.

В большой общей комнате за длинным столом сидели заключённые: люди, орки, даже пара гномов и играли в кости. Кто-то читал книгу, кто-то что-то мастерил из дерева. В углу на печи что-то варилось, распространяя вполне аппетитные ароматы.

— Эй, босс! — окликнул начальника тюрьмы здоровенный бородатый мужик. — А когда уже хлеб привезут?

— Скоро, Крысолов, скоро, — добродушно ответил главный тюремщик. — Только гостей обслужу.

Я огляделся ещё раз. Это было больше похоже на общежитие или ремесленную артель, чем на тюрьму.

— А камеры? — спросил я. — Решетки? Охрана?

— А зачем? — удивился Погорел. — Никто ведь не убегает. Куда бежать-то? В лесу волки, на дорогах разбойники. А здесь тепло, кормежка регулярная, работа по силам. Многие сами просятся остаться подольше. У нас тут взаимопонимание и взаимная поддержка.

Если бы не увидел своими глазами, то не поверил бы. Фактически Погорел организовал в своем крохотном ведомстве уникальную пенитенциарную систему, основанную не на наказании, а на социализации. Его бы в мой мир, там для него много работы.