— Мы меняемся, — заметила Кристина, устраиваясь рядом с ним у костра.

— В лучшую сторону?

— Надеюсь. — Она положила голову ему на плечо. — Я больше не чувствую себя одинокой. Впервые за сто лет.

Виктор обнял её, вдыхая аромат её волос — теперь они пахли не только зимой, но и чем-то более тёплым. Весенними цветами, возможно.

— А я больше не чувствую себя монстром, — признался он. — С тобой я помню, каково это — быть человеком.

Они просидели у костра до глубокой ночи, слушая звуки леса и наслаждаясь покоем. Где-то вдали ухнул филин, в кустах зашуршал ёж, а над головой между ветвями мелькнули звёзды.

Следующий день принёс новые чудеса.

Тропа привела их к горной реке — стремительному потоку кристально чистой воды, что бежал по каменистому руслу между поросшими мхом валунами. Воздух здесь был напоён влагой и озоном, а звук падающей воды создавал естественную мелодию.

— Можем идти по берегу, — сказала Кристина, — но быстрее будет по воде.

Виктор посмотрел на бурлящий поток.

— Плыть?

— Не плыть. — Кристина улыбнулась и протянула руки над рекой. — Ехать.

Вода под её ладонями начала замерзать, но не превращаясь в обычный лёд. Вместо этого образовалась гладкая ледяная дорожка, достаточно широкая для двоих и достаточно прочная, чтобы выдержать их вес.

— Удивительно, — восхитился Виктор, осторожно ступив на ледяную поверхность.

Но самым удивительным было то, что лёд двигался. Медленно, плавно, как живое существо, он нёс их вниз по течению реки, автоматически обтекая препятствия и поддерживая стабильность.

Они скользили между нависающими над водой ветвями, мимо водопадов, где река низвергалась с уступов в облаке брызг и радужной пыли. Иногда на берегу показывались животные — олени, пришедшие на водопой, медведица с медвежатами, стая волков, что остановилась попить воды.

Звери не боялись их. Напротив, казалось, что их присутствие действует умиротворяюще. Волки виляли хвостами, медвежата играли на берегу, а олени провожали их спокойными взглядами.

— Они чувствуют, что мы не враги, — объяснила Кристина. — Твоя сила… она не только разрушительная. В ней есть что-то защитное.

— Может быть, это влияние проклятия Одина, — предположил Виктор. — Он создал меня защитником, в конце концов.

— Или это влияние твоего сердца, — тихо сказала Кристина. — Проклятие дало тебе силу, но не определило, как ты её используешь.

К вечеру второго дня река вынесла их к озеру. Огромное, зеркально спокойное, оно отражало небо с такой точностью, что казалось, будто они плывут среди облаков. По берегам росли берёзы с серебристой корой, а между их стволами виднелись поляны, усыпанные полевыми цветами.