Хотя, зачем ей худеть? У нее всё отлично с этим, что сверху, что снизу. Тонкая, хрупкая… Я машинально посмотрел на свои ладони — большие, широкие, я бы мог ими почти полностью обхватить ее талию.

Выругавшись под нос, я уткнулся в тарелку и запихнул в себя остатки обеда. Это хоть немного помогло не думать.

Такси за нами приехало ровно в семь. Мы молча, не сказав друг другу ни слова, вышли на парковку и сели в машину с разных дверей. Я бы мог не брать её с собой, дать отдохнуть, но тогда она подумает, что я жалею её. А она не должна так думать. У меня совсем другая цель — дать ей повод уйти. И если для этого мне нужно вымотать её физически и морально, то пусть так. Лиза не дура, в конце концов, рано или поздно поймет, что такая нагрузка ей не по силам. Каким бы крутым журналистом ты не был, физиологию не обманешь, а ресурсы не бесконечны.

Мы ехали молча. О чем нам было разговаривать? О работе? Иногда даже меня от неё уже тошнило, и выходя из офиса, хотелось оставить все дела за стенами бизнес-центра. Или о теплой летней погоде? Бред вообще. Тем более, что не хамить ей я не умею.

В клубе нас встретила администратор и проводила в ВИП- зону, где на мягких синих диванах уже устроился Великанов и Стаханов. Мы пожали друг другу руки, они поздоровались с Лизой, и мы сели на разные диваны. Сразу вошел официант, поставил на стол шампанское, виски и тарелки с закусками. Я не хотел пить, но в наших кругах закреплять крупные сделки спиртным было важной традицией, и я плеснул виски в стакан. Стаханов поухаживал за Лизой, и налил ей шампанское. Я хотел сказать, чтобы на голодный желудок она не пила много, но промолчал. Это снова не мое дело.

Мы обсуждали рабочие моменты, условия контракта на дружелюбной ноте. Фактически, это тоже совещание, но в неформальной обстановке. Из-под двери уже доносилась музыка, а Стаханов наливал Лизе второй фужер. Её щеки покраснели от алкоголя, уставший вид как рукой сняло. Кажется, она даже повеселела, общаясь с моим партнером. Я прислушался к их разговорам.

— Если Сергей будет обижать, приходите ко мне работать, — сказал Стаханов. — Предложу большее жалование, чем он.

Я едва не засмеялся. Вот чудак, не понимает, что приглашает свою погибель. Будь он не моим партнером, я бы с радостью поделился помощницей, чтобы насолить ему. Но он был важен моему бизнесу, поэтому я навострил уши, слушая, как Лиза вежливо не соглашается, но и не отказывается. А он тоже мне, хорош. Хочет из-под носа увести секретаря, даже не спросив меня об этом.

— Всем здрасьте! — завопил Пашка, вламываясь в Кубрик.