В этот момент впереди прогремел взрыв.

Едва узнав о заточении Стеши, Семка напряженно размышлял, чем ей помочь. Бурное воображение мальчика рисовало ему, как они с Дмитрием ночью карабкаются по стенам тюремного замка и, проникнув внутрь, умыкают девушку. Или все знающий и умеющий Будищев изготовляет бомбу, которой они подорвут стену и потом… В общем, планов в его голове родилось множество, но всех их объединял общий недостаток, по здравому размышлению они оказывались совершенно неосуществимыми. Но так было ровно до того момента, как старый приятель его наставника Алексей Лиховцев нежданно-негаданно предложил выход.

— Как же мне самому в голову не пришло! — сокрушался парень. — Государь он ведь самый добрый, он дал волю своему народу, он освободил порабощенных турками славян. Да неужели он откажет в справедливости своим верноподданным?

Но бросив полный надежды взгляд на Будищева, мальчик понял, что тот совершенно не разделяет мнения о всеблагости монарха. Но ждать пока тому придет в голову идея как освободить Степаниду он больше не мог, а потому решил действовать на свой страх и риск.

Дождавшись, когда Дмитрий с Алексеем уедут, он закрылся в своей комнате, сказавшись больным, после чего, выбрав момент, когда Домна была занята домашними заботами, выскользнул на улицу. Как и очень многие мальчишки Семка знал, что государь часто ездит по Невскому проспекту, Малой Садовой или Большой Итальянской улицам, хотя, конечно, не имел ни малейшего представления о сегодняшнем маршруте. И, разумеется, понимал, что может встретить его только случайно. Но дальнейшее бездействие оказалось выше его сил, и он пошел, полагаясь на удачу. И капризная девка Фортуна повела его…

Пробегав целый день, но, так и не встретив императорский выезд, Семка устал, замерз и проголодался. По-хорошему, мальчику следовало идти домой и повиниться перед кухаркой и наставником, но упрямство и гордость не позволяли. Так он и брел, спотыкаясь по улицам, пока чья-то рука не схватила его за плечо.

— Что ты здесь делаешь? — спросила его молодая женщина, в которой ученик гальванера с удивлением признал свою учительницу из воскресной школы.

— Здравствуйте, Ирина Михайловна. А разве сегодня нет занятий в классах?

— Здравствуй, Семен, — смешалась на минуту барышня, но тут же нашлась, — а разве ты не должен быть дома? Твой опекун, помниться, говорил, что ты еще не здоров.

— Да я так, погулять вышел ненадолго…

— Боже, да ты ведь совсем продрог! Какая нелегкая, скажи на милость, принесла тебя на улицу в этот час?

— Я ищу царя! — решительно заявил ей юный поборник справедливости. — Вот брошусь ему в ноги и попрошу освободить Стешу…