— Что же, господа, давайте поблагодарим Александра Федоровича за увлекательный рассказ о будущем его изобретения, — высказал всеобщее мнение Барановский. — Может, кто-нибудь желает добавить или выступить с критикой?

— А пусть Дмитрий Николаевич выскажется, — предложил Петр Викторович, без энтузиазма воспринявший возможность полета аппарата тяжелее воздуха. — У него явно есть соображения на этот счет.

— Вот уж не знал, что господин Будищев является авторитетом в области воздухоплавания, — пробурчал Можайский, все еще не могущий простить молодому офицеру его высказываний.

— Наш друг обладает поистине феноменальным техническим чутьем, — поспешил успокоить его фабрикант. — Признаюсь честно, многие вопросы, над которыми я бился годами, он разгадывал как будто детские загадки. Так что рекомендую прислушаться к его словам.

— Что же, хуже все равно не будет, — вздохнул моряк.

— Право, господа, я не знаю, что вам сказать, — отозвался подпоручик. — Все о чем нам поведал Александр Федорович, со временем произойдет. Правда, не очень скоро. Но они, действительно смогут доставлять грузы и людей, бросать бомбы, ставить мины, топить большие корабли и многое другое. В том числе, обстреливать вражескую пехоту с высоты.

— Из чего же, позвольте спросить? — не унимался Петр Викторович. — Из револьверов?

— Зачем же, — усмехнулся Дмитрий, — из пулеметов.

— Вашей с Владимиром Степановичем конструкции! — с непередаваемым сарказмом воскликнул оппонент и, обернувшись к двоюродному брату, добавил, — учись устраивать дела, мой дорогой!

— Нет, — невозмутимо покачал головой Будищев. — Мои будут тяжеловаты. Хотя за основу можно взять и их конструкцию. Почему нет.

— Но вы сказали, не скоро? — вычленил главное в его ответе Можайский.

— Видите ли, господин капитан первого ранга, — сочувственно развел руками подпоручик. — Нужны годы работы, чтобы аэропланы или самолеты просто полетели. Нужны новые двигатели, более мощные, чем существующие. Нужны более легкие материалы для корпуса. Вот вы, к примеру, из чего собираетесь делать?

— Силовой набор из сосны, обшивку из парусины.

— Нет, это не годится, — покачал головой Дмитрий. — Можете достать бальзу?[3]

— Что, простите?

— Бальзу. Дерево такое очень легкое. Кажется, из Южной Америки.

— Что-то слышал, — задумался Можайский.

— И обшивка лучше всего шелковая, пропитанная лаком, — продолжил неожиданно увлекшийся Дмитрий. — Кроме того, одно крыло не самый оптимальный вариант. Лучше два поменьше, одно над другим. Паровой двигатель не годится…

— А какой годится?

— Внутреннего сгорания, работающий на бензине. Примерно вот такой в разрезе.