— Я говорю, пирожки вкусные. Талант у тебя Стеша. Жалко будет, если с тобой произойдет что-то нехорошее.

— Да отчего же со мной должно что-то случиться⁈ — возмутилась девушка, едва не вскочив с места.

— Тебя давно из Петропавловки выпустили?

Не ожидавшая такого вопроса подопечная немного сникла и опустила глаза. Однако сдаваться было не в ее правилах, поэтому она нахохлилась и прошептала в сторону: — все одно не уеду!

— Куда ты денешься!

— Неужели ты думаешь, что возможно продолжение этой нелепой истории? — недоверчиво спросил Лиховцев. — Ведь ты теперь спаситель государя! Перед тобой открыты все двери, тебя будут славить…

— Уцелевшие сообщники бомбистов тоже? — не без иронии в голосе осведомился Дмитрий.

— Умеешь ты все перевернуть с ног на голову! Отчего ты думаешь, что злоумышленники могут избрать Степаниду своей мишенью?

— А Семка им чем помешал? Он своей грудью царя не заслонял.

— Пожалуй, ты прав, — после недолгого раздумья согласился Алексей. — Опасность, о которой ты говоришь, возможно, и несколько преувеличена, но все же вполне реальна. Во всяком случае, вреда от этого не будет.

— Но я не хочу! — топнула ногой от избытка чувств Стеша. — Зачем мне куда-то уезжать, что я там не видела?

— А что ты вообще видела в своей жизни? — усмехнулся Будищев. — Грязную слободку, разве, да фабрику. А чужую страну посмотреть всегда полезно для общего развития. Причем, спокойно и в мирное время, а не так как мы с Лехой.

— Дмитрий Николаевич прав, — мягко добавил Лиховцев, обращаясь к девушке. — Мир велик и разнообразен, так что с ним стоит ознакомиться!

— Не-по-еду! — отчеканила в ответ Стеша, и видом оскорбленного достоинства покинула гостиную.

— О, характер! — ухмыльнулся ей вдогонку наставник.

— Это точно, — поддакнул приятель.

— И поэтому тебе придется поехать с ней. Чтобы дров не наломала.

— Я понимаю, — с явным сожалением в голосе вздохнул бывший сослуживец.

— Ну, а что, хоть развеешься немного. А то сидишь один как сыч в имении и никуда носу не кажешь.

— Ты не прав, мой друг, — покачал головой Алексей. — Там всюду люди, и зачастую только от меня одного зависит все их благосостояние. Ты, знаешь, я очень благодарен, за то, что ты дал мне это место. Ведь это настоящее живое дело, а не бесплодные умствования, которыми я, что греха таить, занимался до сих пор. Человечество, конечно, не осчастливлю, но облегчить жизнь вполне конкретных крестьян могу. И это очень приятное чувство, доложу тебе.

— Не за что. Но сейчас зима, никаких особых забот в деревне нет, так что можешь позволить себе небольшой отпуск.