— Рановато ещё с твоей детской психикой, — хмыкнул Дольф, и Иван не настаивал — и так хватало от чего этой психике поехать, одни только бластеры и маскхалаты-невидимки чего стоили. А уж когда он увидел робота, вооруженного всем, что может стрелять и взрывать, так вообще три дня плохо спал, настолько непоправимый удар получила его неокрепшая подростковая фантазия. Ведь такое даже в самых смелых мечтах мальчишке и не снилось!
Но все когда-нибудь заканчивается, вот и они вернулись домой — надо было готовиться к школе. Идею уйти в училище забраковали — технические знания это неплохо, но ему предстояло работать с продвинутыми системами, и для этого всё-таки нужно университетское образование.
— Но у нас будут и рабочие факультативы по ремонту, настройке, созданию оборудования, — как мог успокоил его Дольф, от чего Иван закатил глаза. Да, отдохнуть не получится. Заяц не даст.
Наступил новый учебный год, и снова пора в школу. Хоть Ивану теперь и было просто учиться, но перспектива просидеть 2 года за партой не радовала, хотя школа, точнее, Лицей, сама по себе была неплохая. Более того, летом на базе он смог познакомиться поближе с некоторыми одноклассниками — дети жителей из корпоративного дома также обучались в этом лицее, наряду с обычными земными подростками. Это практиковалось в целях той самой пресловутой социализации, как все время говорил дядя Дольф. (Для простоты они решили, что Ваня будет обращаться к нему так — «куратор» вызывало слишком много вопросов). В результате политики социализации классы были смешанными. Разумеется, Иван в основном общался с детьми из корпорации — с такими же, как у него, нейросетями и знаниями они были гораздо интереснее обычных земных одноклассников, им было о чем поговорить. Остальных он не то, чтобы сторонился, но поводов для общения было мало — это как взрослому общаться с ребенком. Компанию же задир, которые к нему в первые дни прицепились, он быстро превратил в отбивную в туалете, пользуясь приемами Дольфа, который научил его бить, практически не оставляя следов. Так что его больше никто не трогал.
В результате, у них за лето сформировалась небольшая компания из сверстников. Молодая поросль. Будущая звёздная банда. Они, правда, об этом ещё не думали. Детям дали земные имена, чтобы не выделяться. В итоге, помимо Вани, в компании был его друг Петр, задумчивый темноволосый амбал, родители которого были с планеты Стаокс с пониженной гравитацией, из-за чего местные жители вырастали довольно приличных для гуманоидов размеров. Ваня любил немногословных людей, руководствуясь принципом «если есть о чем помолчать, то будет и о чем поговорить».