Глава 1
На одной маленькой площади, каких много в старых районах, — зажатых между пятиэтажками и забытых временем, — росли высокие, древние ели. Они тянулись своими тяжёлыми лапами к редким людям и уходили корнями в землю, которая помнила ещё те годы, когда никаких пятиэтажек и в помине не было.
Мама неспешно ведёт дочку за руку. Алисе восемь, и она считает, что уже взрослая, но её ладонь в ладони матери напоминает лапку котёнка.
— Мам, смотри, ворона!
Ворона сидела на перилах бетонной лестницы, что уходила вниз, отделяя одну часть города от другой.
Справа, на пригорке, белела скромная, деревянная, с потрескавшейся краской на куполе часовня. Алиса не помнила, чтобы хоть раз видела, как туда кто-то заходит.
— Мам, а почему здесь церковь стоит?
— Это не церковь, Алис, это часовня. Она маленькая и нужна тем, чьи близкие погибли на войне.
— Почему?
— Что почему, милая?
— Как она может помочь мёртвым?
— Тело умирает, милая, душа — никогда.
Они уже собирались поворачивать обратно, когда небо раскололось пополам наглым разрядом молнии. Дождь обрушился внезапно плотной стеной. Ели качнулись, и их ветви пригнулись под тяжестью влаги. Мостовая вмиг потемнела, и крупные капли застучали по головам, по плечам, по ресницам.
— Бежим! — Мама схватила Алису за руку, оглядываясь в поисках укрытия.
Часовня закрыта, как и всегда. Мама давно подметила тяжёлый замок на двери. И тут на глаза попался обычный двухэтажный дом из облезлых досок, что стоял чуть поодаль от главной дороги. Сад у дома напоминал зловещие места из ночных кошмаров: уродливая трава торчала клоками вокруг давно неактивного маленького фонтанчика, кирпичная кладка вся сбилась, но людские ноги проложили новые тропы. Она сто раз проходила мимо этого дома и никогда не замечала его.
В дверях стоял мужчина и махал рукой — настойчиво, призывно, будто знал их всю жизнь. Свет из-за его спины падал на мокрые ступени, и дождь вокруг этого света казался золотым.
— Мам, он нас зовёт!
— Вижу.
Она колебалась всего одну секунду. Алиса уже дёргала её за руку, и дождь хлестал по лицу, застилая обзор.
— Мам?
И они побежали на свет. Мужчина посторонился, пропуская гостей в тёплый полумрак прихожей, затем закрыл тяжёлую дверь, отсекая шум ливня.
— Проходите, не стойте на пороге. Сейчас принесу полотенца.
Голос у него был настолько спокойный, что казалось, к нему под дождём забегают незнакомые женщины с детьми каждый день. Алиса выдохнула и прижалась к маминому боку.
— Ничего не бойся, — шепнула мама, хотя сама ещё не поняла — бояться ли?
Она что-то слышала об этом месте, но интереса никогда не проявляла.