— Даже мне, простой русской бабе из далекого аула, на замену магазина в автомате потребуется секунда, много если две. А у лучшего нашего бойца на замену магазина ППШ уйдет секунд пять минимум, и еще не факт, что запасной магазин в автомат нормально встанет. А для автомата магазины просто из пластмассы штампуются, они все получаются абсолютно одинаковыми. И копеечными, его и утратить не жалко, а если испортится — чинить уже точно не потребуется, дешевле будет просто выкинуть его и взять новый. Я уже не говорю о том, что перезарядить его из готовых обойм — тоже дело пары секунд…

— Все у вас на секунды… а мне показать это сможете? Продемонстрировать, как простая русская баба из далекого горного аула… — усмехнулся Сталин.

— Легко. Я на машине к вам приехала, то есть на броневике своем. Давайте сейчас быстренько на стрельбише в Подлипки метнемся, я вам все покажу. Только сначала на минутку на Лабораторный завод заскочим, там как раз очередной пластавтомат для изготовления магазинов к АГ отлаживают, возьмем свежее отштампованные, ни кем не поюзанные — в качестве лишней демонстрации полной взаимозаменяемости.

— Ни кем что?

— Англицизм дурацкий, что-то в голову он мне втемяшился. Значит — не использованный еще ни разу…

— Интересное предложение… — Сталин перелистнул лежащий на столе календарь, — за два часа управимся?

— Надеюсь, да.

— Тогда поехали!

Когда машина уже ехала из Подлипок обратно в Москву, Иосиф Виссарионович молчал: вроде Старуха действительно показала, что все, ею сказанное, верно. Но и размеры дополнительных расходов все же не позволяли сразу принять окончательно решение. И он так глубоко задумался, что не сразу понял, что Вера пытается ему чего-то сказать:

— Иосиф Виссарионович, я совсем не про автомат. Вы сейчас столько времени работе посвящаете… не вы один, все наше руководство. И прочие мужчины…

— А за нас никто нашу работу не сделает!

— И я о том же. Только вот что: я тут препарат один придумала, в Медуправлении его уже исследовали, клинические испытания провели… У нас основная смертность в стране — от инфарктов и инсультов. Я товарища Куйбышева на аспирине как-то удерживала, но и то… а если бы у меня этот препарат раньше получился, то он бы еще оставался с нами. В НТК всем мужчинам старше пятидесяти он прописан в обязательном порядке, а Горюнову я уже сейчас его жрать приказала по расписанию. Конечно, есть мелкие побочки… иногда, например, человек чуть больше чесаться начинает — но жизнь-то важнее! Я к тому, что и вам бы следовало его принимать…

— А почему только мужчинам?