Определенная доза паранойи Веры в отношении возможной войны в значительной степени объяснялась и тем, что она про возможности германской промышленности в предвоенный период знала достаточно много: ее в сорок пятом и начале сорок шестого привлекали к переводу огромного количества трофейных документов — как человека, свободно владеющего пятью европейскими языками, и в основном ей для перевода отправлялись документы технические. А теперь Вера — по возможности, конечно — наблюдала за творящимся в Европе, и определенные изменения по сравнению с «прошлой жизнью» ей сильно не нравились. И прежде всего ей не нравились очень серьезные «изменения» в германской химической промышленности.
Немецкие химики — после почти десятка лет насмешек над «русскими варварами» — вдруг наладили массовое производство синтетической резины под названием «Буна» — то есть бутадиеновой на натриевом катализаторе. У Веры даже сложилось впечатление, что последние несколько лет эти «насмешки» широко распространялись в прессе исключительно для того, чтобы скрыть собственные германские разработки — и если дело именно таким обстояло, то немцам удалось почти весь мир обвести вокруг пальца. Не особенно сильно обвести, все же германская резина очень плохо себя вела на морозе, так что шины «Буна» вообще не рекомендовалось (а в армии — просто запрещалось) использовать при температуре на улице ниже десяти градусов мороза. Да и даже при температуре ниже нуля шины довольно часто просто трескались — но в любом случае с шинами для автомобилей в Германии стало гораздо лучше.
Еще немцы выстроили очень много заводов по производству синтетического топлива, причем — в отличие от «прошлой жизни» — заводов, работающих по процессу Бергиуса было не больше, чем заводов, работающих по процессу Фишера-Тропша. Точнее, вторых заводов было выстроено гораздо больше, чем «в прошлой истории», так что производство синтетического бензина из угля уже превысило пять миллионов тонн в год, и это производство буквально с каждым днем увеличивалось. А результат Веру порадовать никак не мог: если в «прошлой жизни» немцы попросту выгребли большую часть автотранспорта из завоеванных стран, что серьезно ограничило возможности их промышленности, то теперь вместо выгребания уже имеющихся запасов Шпеер в довольно жесткой форме заставил тех же французов резко нарастить производство автомобилей, и промышленность Франции и Бельгии из-за отсутствия транспорта не страдала.
А еще очень качественно отработала германская разведка, по крайней мере немцы смогли и у себя наладить производство установок по получению кислорода из воздуха, что прилично удешевило процессы производства синтетического топлива и выплавки металлов. Правда, Лаврентию Павловичу все же удалось сохранить в тайне составы использующихся в нефтепереработке катализаторов и высокооктанового бензина у немцев все же была острая нехватка…