Но в целом «чай» получился неплохим: и отдохнули, и поговорили о многом — найдя изрядно общих интересов и обнаружив, что точки зрения на очень многие вещи у них совпадают. Но когда Иосиф Виссарионович мелком взглянул на стоящие в комнате часы, настроение у него начало быстро портиться. Начало, ведь времени-то уже было половина девятого. Но окончательно оно испортиться не успело: раздался телефонный звонок, Лаврентий Павлович взял трубку, выслушал, что ему говорят, померк лицом и, повернувшись к Сталину, глухим голосом сообщил:
— Старуха не придет. Мне сейчас сказали, что ей плохо стало, на площадке Лабораторного завода. Просто потеряла сознание, ее уже в больницу в Лианозово увезли. Собственно, из больницы мне сейчас и сообщили: она в себя не приходит, уже третий час не приходит. И что с ней — врачи вообще не понимают. Я приказал держать меня в курсе, сообщать о любых изменениях в любое время…
— Понятно… жаль. У тебя, думаю, нынешняя ночь очень веселой будет… но что узнаешь — сразу мне сообщай. Сразу, на время внимания не обращая. А я… не буду тебя пока больше беспокоить, домой поеду. И там буду ждать от тебя новостей. Любых новостей! И сразу же, как они появятся…
Вообще-то Верин «Хадсон» считался автомобилем шестиместным: как на многих других американских автомобилях передний диван предполагал возможность размещения еще двух пассажиров рядом с водителем. Но так как машина была в общем-то достаточно большой, а студент во все времена считался существом неприхотливым, Вера умудрялась посадить с собой в машину еще и девять своих студентов, когда из здания химфака в центре Москвы ездила в лабораторию в Лианозово. Кафедра у Веры была небольшой, группы студентов — маленькие, так что обычно группа целиком в машину и влезала. Что было довольно удобно: лекции или семинары закончились — и можно очень быстро с теми же студентами провести практические занятия на «почти настоящем» производстве.
Так что после обеда с подругами Вера провела семинар в группе четверокурсников, посвященный синтезу арамидов — а затем она с этой же группой отправилась на завод, где уже имелась установка по изготовлению волокна из арамидов. Даже две установки: одна волокно делала из раствора этих арамидов в концентрированной серной кислоте, а другая — из раствора их же в диметилацетамиде. И по дороге Вера продолжала нести студентам «разумное, доброе, вечное»:
— Ну, сейчас вы уже знаете, что из себя представляют параарамиды, а если кто-то из вас придумает в обозримом времени как из них можно промышленным способом делать волокно для изготовления арамидных тканей, тому я — кроме ордена Ленина, который, несомненно, даст изобретателю наше правительство — подарю новую «Волгу», причем даже разрешу выбрать цвет машины.