— И я даже знаю, кто именно. Но ведь в монастыре-то она…
— А сейчас она чем занимается? Ну, кроме пороха из дров… а вот чем ее за порох наградить, я даже представить не могу. Орден Ленина — ведь и то маловато будет!
— Пусть это будет нашей самой большой проблемой. А чем она там занимается — узнаем весной. Она и сама точнее сказать не может, но вот два десятка парней их МВТУ у нее работают, спин не разгибая. А маленькую ракету, которую она показывала, они за пару месяцев сделали, так что о том, что она весной собирается показать, я даже думать боюсь.
— А ты не бойся. Нам бояться не нужно, пусть враги боятся. Пусть её враги боятся…
— Я не её боюсь, а за неё. Если враги узнают, чем она занимается… тот же Тухачевский… если он узнает, что почти все его инициативы по перевооружению армии на корню рубит маленькая девочка…
— Во-первых, он никогда не узнает, что Старуха — маленькая девочка. А во-вторых, он не узнает и то, что именно она рубит его инициативы. Живым — не узнает…
Насчет часов для самолетов Вера немного ошиблась, Первый часовой завод уже начал — по заказу Главного Авиационного Военного управления — производство специальных авиачасов. Просто их еще настолько мало делалось, что про них даже не все авиаконструктора знали. Однако товарищ Берия авиаконструктором не был — и про то, что весьма приличные часы в стране уже делаются, узнал очень быстро, так что изготовленный Мясищевым для него самолет иностранных комплектующих вообще не имел. В нем и кресла были отечественные, причем, как Вера и пообещала, гораздо более удобные, чем германские. Понятно, что девушка не сама лично их делала — но нарисовать картинку и описать конструкцию давно известного ей авиакресла она смогла, а все остальное как раз сделали «специально обученные люди». Одни люди изготовили механическую часть, другие — совершенно негорючую ткань для обивки этих кресел, третьи — пенорезину, сделавшую эти кресла мягкими. И результат порадовал абсолютно всех, особенно — пассажиров. Но самолет радовал не только удобными креслами, Вера озаботила нужных специалистов «проработкой интерьера самолета». Лично Вера, просто потому, что этот «интерьер» изготавливался главным образом из разнообразных пластмасс.
К «интерьеру» были добавлены и некоторые «дополнительные удобства», главным из которых (реализованном уже в первой машине) был «герметичный салон». То есть салон был не особо и герметичным, но все же неплохо держал избыточное давление. А так же температуру, так что в самолете не было нужды мерзнуть в холодную погоду и задыхаться на большой высоте — а «потолок» машины получился под семь километров. Вроде бы ничего выдающегося (с точки зрения самой Веры), но это был первый в мире самолет, обеспечивающий такой уровень комфорта! Ну а то, что пассажиров в него помещалось всего двенадцать — для нынешних времен это было практически «стандартом».