— Полиция вызвана. Администрация школы уведомлёна, но почему-то никуда не торопится. Медицинская страховка Фомичёва Сергея на сервере федерации отсутствует — оказание квалифицированной медицинской помощи в соответствии с протоколом… федеральный реестр… планка функционала… не представляется возможным в связи с условиями пребывания на территории федерации. — японка как будто голосом полицейский протокол заполняет.
Мне, конечно, интересно, но спрашивать сейчас будет не ко времени.
— А ты какого х*я расп*зделась⁈ — на повышенной ноте ноет родственник моего предшественника в этом теле (если судить по фамилии).
— Председатель Совета Школы Хамасаки Миру. Полномочия активны на текущий момент. — «Сестра» отвечает не Фомичёву, но получается складно.
Попутно вроде как и его вопрос без ответа не остался.
— Я его глаза пальцем не трогал, — громко заявляю на весь коридор, потому что в этом уверен на все сто.
Прищурившись, скорее угадываю, чем рассматриваю трясущиеся телеса Трофимова, рысящего в сопровождении охранников школы по коридору.
Проснулся.
— Будьте любезны! — Миру с видом камикадзе выходит им наперерез. — Не приближайтесь! До окончания следственных действий прошу вас не заступать за эту черту!
В воздухе загорается голограмма в виде мерцающей верёвки.
— Так, этого в медпункт. — Завуч демонстративно не замечает Хамасаки-младшую, отдавая команду своему сопровождению.
— HERMANOS! — в исполнении Миру призыв к «братьям» звучит как минимум смешно, но он работает.
— БЕЙ! — Мануэль кошкой прыгает на спину старшему наряда.
Из-под его рук от шеи взрослого летят искры.
— Закон один для всех! — неожиданно зло выплёвывает Гарсия, ударяя второго охранника в пах. — Завуч, сука! Вешайся! Своего решил отмазать⁈ Ваши типа неприкосновенны⁈ Здесь особенных нет!
— Да! Русские — не титульные! — к латиносам неожиданно присоединяется достаточно немелкий в размерах Макс.
Он вообще без затей лупит в затылок великого педагога.
Трофимов на прямых ногах как стоит, так и падает лицом вперёд.
— HERMANOS! — а это уже Мартинес.
Южане, молчаливо переглянувшись, решили отчего-то поддержать школьную администрацию.
Через мгновение школьный коридор становится похож на растревоженный пчелиный улей.
Когда началась общая свалка, Мартинес, пожалуй, была единственной из всех, кто знал, куда смотреть и за кем наблюдать, причём во внутреннем интерфейсе:
«Вот ты хитрожопая 😝».
«Чё 🤨? Вопрос серьёзный, деньги всё равно уже уплачены 🤨».
Поскольку их концентраторы были объединены в сеть, Айя очень хорошо видела, как подруга отправляет в служебное здание родного дяди чуть ли не полноценную версию полицейского рапорта.