Участие в драке, что интересно, общаться с легавыми баскетболистке совсем не мешало.

«А в могущество Хамасаки ты не веришь 😳?» — если мыслить логически, поддержки титульных должно хватить. — «Зачем тратить патроны, число которых ограничено?».

«Слушай, не лезь под руку! Мне неясно, с чего это наш великий педагог Миру при всех за человека не посчитал! Поэтому — так 😑. Когда я чего-то не понимаю — я обычно этого опасаюсь, а страховки много не бывает».

Судя по формату обратной связи, представителей полиции в ближайшее время следовало ожидать не из одного, а сразу из двух источников. Независимых друг от друга.

«Кашу маслом не испортишь», — согласилась Мартинес. — «Что нам делать? Как твои прибудут, скомандуешь?».

«Если всё нормально, то вам ничего делать вообще не надо будет. По опыту: на первом этапе важнее всего оформление — нюансы, акценты, детали. Эрнесто всё как надо сделает, он за это деньги и получает».

«👌».

В коридоре тем временем установилось хлипкое равновесие. Завуч, охрана и южане сместились ближе к лестнице, а латинос и Седьков стояли насмерть возле виртуальной черты, проведённой Хамасаки-младшей.

Сама японка перешла на беззвучный ввод и, время от времени косясь на происходящее, продолжала безмолвной скороговоркой с кем-то что-то активно обсуждать.

«Интересно, чем это Макс по Трофимову врезал: вон, Свин до сих пор еле стоит, шатается».

«Спроси сама! В общем чате даже можно».

«Не-а. Эрнесто говорит, ни в коем случае: сейчас, когда разборы начнутся, о таких деталях лучше ничего в истории не иметь. Тем более что можем и самого Макса подставить ненароком 🤭. Мало ли, что у него за софт стоит 😝».

Усиление школьной охраны к основной фазе конфликта запоздало: видимо, завуч и первый наряд не успели отправить коллегам ничего — их сразу взяли в оборот hermanos. В итоге, три группы серьёзно настроенных взрослых прибыли независимо.

— Полиция! Восемнадцатый участок! — Эрнесто как заправский актёр на сцене не выдавал своей заангажированности ни словом, ни жестом, ни взглядом.

— А вы тут что потеряли⁈ — трое в формах с шевронами городского департамента задумчиво переводили взгляды с коллег то на латиносов, то на южан.

— Вызов от фигуранта. Подробности не могут быть разглашены в интересах расследования — дело в производстве. — Очень близкий дяде Эрнандес (не только по духу) подчинённый уверенно подошёл к старшему городских и цапнул его за жетон на груди. — Держите. Прошу подтвердить приём пакета, — добавил он через секунду.

— Приём пакета подтверждаю. — Городской расфокусировал взгляд и ощутимо озадачился.