— Спокойствия, — ворчит она, откидываясь на спинку скамейки. — Которого и так было немного, а теперь ещё ты появился!
— Тебе не кажется, что ты выбрала не лучший тон для налаживания отношений? Или ты пришла тупо поругаться? Так скажи сразу — я буду понимать, что делать.
— Не ругаться. Мартинес считает, что этот разговор был нужен мне, чтобы понять себя получше. — Одноклассница сообщает это со своим обычным сосредоточенным выражением лица. — Я, когда говорила с ней, под её влиянием подумала так же. А сейчас сижу рядом с тобой — и в твой адрес почему-то ничего не ёкает. Хм.
— Заня-ятно. — Теперь на спинку скамейки откидываюсь и я. — Давай, жги дальше. Какие ещё новости?
— Ты меня любишь?
В последний момент чудом успеваю сдержаться и не ответить «А какая разница?».
— Не в том смысле, который ты сейчас в это вкладываешь. — К беседе я не готовился, но говорю правду.
По-хорошему, сейчас следовало бы сказать больше. Но если я хоть немного понимаю в жизни, то ей этот разговор нужен скорее для того, чтоб выговориться, а не чтобы что-то там мифическое в себе раскопать в моём присутствии.
— Хренасе заявления. Слушай, а какие тут могут быть ДРУГИЕ варианты? — на лице Миру отражается её типичная работа мысли.
Не эмоции, скорее, интерес исследователя.
И слава богу. Когда работает её аналитика, психика не напрягается, насколько я успел заметить. По-моему, это именно то, что ей сейчас больше всего нужно.
— Ты под «любишь» имеешь ввиду романтическую часть отношений? — уточняю.
— Ага. Ты же сам подкатывал! Считаешь, это было так таинственно и неясно?
— Не считаю. Ты тогда очень чётко дала понять… дала обратную связь по теме, короче. Крайне недвусмысленно расставила точки над i.
— Обычно пацаны не слушают голосов разума, — вздыхает моя вроде как ситуативная сестра. — У меня, конечно, тоже есть личный опыт — но со стороны настолько немало видела, что твоим здравомыслием просто изумляюсь.
— А что там было? Когда со стороны наблюдала?
— Кринж там был. Очень мало кто из вашего брата сдаёт назад, если…
— Я ж вроде тебе не сильно докучал собачьими глазами и серенадами под окнами?
— С твоей целеустремленностью по-любому было впору пугаться.
— Чего⁈
— Ты же маньяк, — она спокойно пожимает плечами. — Пока не реализуешь свои, г-хм, поползновения — явно не успокоишься, взять хоть и все твои дуэли! А на каком-то этапе тебе взбрело в голову, что мы с тобой — пара. Как было не переживать? Вдруг ты в твоего отца пошёл?
— Я не в курсе, как мой отец ухаживал за твоей матерью, — надеюсь, я верно истолковал её намёк. — Наверное, четверть часа тому был первый раз в жизни на моей памяти, когда ошиблась в анализе Мартинес, — бормочу себе под нос через секунду. — Когда говорила с тобой. И это странно.