Сам, кстати, славится вниманием к мелочам и педантичностью в отношении чести мундира. Не пил никогда (кроме того вечера с дедом — иначе слухи бы донесли быстро), всегда соблюдает все намазы. Не обращая внимания на снисходительность начальства в этом плане.

Семьёй, кстати, Уйгур так и не обзавёлся: видимо, вначале было нереально (на той-то стороне). Потом — не до того; распад Империи, возрождение функций в новой должности, в новом управлении и с новым функционалом. А потом, видимо, из-за возраста стало неактуально.

Кстати, всем было интересно: а как он продляется на должности каждый год??? Ведь пенсионный возраст давно позади, и такими (!) должностями пенсионеров не балуют. Даже если те — родственники Самого.

Видимо, у Уйгура были какие-то свои, не декларируемые, рычаги, причём даже не в руководстве Комитета, а повыше… Ермеку, знавшему куратора лично, это было очевидно: после выделения разведки в отдельную службу, Уйгуру, по логике, была прямая дорога именно туда.

Но он остался.

Все, кто мог реально помочь Уйгуру остаться служить уже в глубоком послепенсионном возрасте, давно ушли в столицу вместе с отделившейся разведкой. Да и не работали «старые связи», если откровенно, в новое время… Особенно на эту тему. Когда своя рубашка всегда ближе к телу.

Значит, что? Значит, «друг» и вероятный покровитель Уйгура по должности чуть выше, чем Центральный Аппарат и самого Комитета, и отделившегося Сырбара.

Впрочем, вдаваться в детали личной жизни начальства Ермеку было недосуг, а вот плюс имелся: Уйгур достаточно регулярно ночевал в Управлении, в комнате отдыха при своём кабинете. И спал, как говорили, буквально по два-три часа в сутки, сетуя на старческую бессонницу.

Прикинув все детали ещё раз, Ермек поднялся на нужный этаж, прошёл по коридору и, постучав, вошёл в дверь после окрика «Входи!..», донесшегося из кабинет с той стороны двери…

— … Точно потянешь? — спрашивает замначальника управления из глубокого кресла, спокойно выслушав от Ермека все детали, как будто и не была сейчас глубокая ночь.

— А есть варианты? — пожимает плечами Ермек. — «Должен, значит, можешь».

— Хорошие слова. Вариантов действительно нет, — качает головой уйгур. — А кто это сказал?

— Да где-то прочёл, вроде, христиане так говорили. Католики, — добавляет Ермек, стесняясь признаться, что фразу вычитал в одной фантастической книжке.

Потому что тогда пришлось бы признаваться в том, что он читает фантастику. А въедливому Уйгуру было достаточно упомянуть лишь имя автора (которое Ермек, естественно, отлично помнил — потому что очень любил эту серию, о своём вымышленном коллеге, но чуть в другой форме). И тот сам бы через несколько дней процитировал Ермеку и книгу, и автора, и жанр.