— Ой, а я не понимаю, — растерянно поднимает на него глаза Нигина.

— Её спроси, — говорит из-за спины Ромы Азамат, указывая глазами на Шукри. — Она же понимает?

— Свидетельство о рождении отца… свидетельство о рождении матери… свидетельство о смерти матери… — переводит Нигина, передавая по одному документы из стопки Роме. — Свидетельство о рождении брата… Её свидетельство о рождении…

— Ну слава богу, — с явным облегчением через пару минут вздыхает Рома. — Всё принципиальное на месте. Остальное так, по разряду восстанавливаемого за три дня. Кстати, переведи ей, что и с миграцией всё порешаем. У нас там свои концы… — В этом месте, Рома нетипично для него смущается и почти что краснеет. — Платить ничего не надо, — на всякий случай добавляет он, явно стесняясь ещё больше.

— И в мыслях не имели, — отвечает за Шукри Азамат, скептически оглядывая Рому с ног до головы. — За неё отблагодарю я.

— Вот хамить не надо, — быстро приходит в себя Рома под взглядом Азамата.

— Ну, вы так странно изменились, — Азамат недоверчиво глядит на бывшего начальника. — Как-то за секунду покраснели, только что заикаться не начали.

— Да в миграционке там Жанара… — Лицо Ромы снова приобретает пунцовый оттенок. — В общем, вам оно не надо…

Мы с Азаматом в этом месте не удерживаемся от смеха, а через секунду к нам присоединяются и девочки (после того, как Нигина-таки переводит Шукри слова Ромы о миграционной полиции. И о какой-то Жанаре в ней).

Мы уже несём в машину связанные в пару узлов вещи, несколько книг (на незнакомом мне языке), ещё какие-то мелочи Шукри (включая казан, заполненный посудой — его тащит лично Рома), когда сквозь упоминавшуюся раньше калитку появляется хозяин дома.

Мужчина постарше даже меня, явно выпивши, без каких-либо приветствий начинает что-то со старта кричать Азамату по-казахски.

А Азамат в полсекунды краснеет и собирается «идти на сближение».

Рома быстро ставит на землю казан, кладёт руку на плечо Азамата, что-то шепчет тому на ухо (явно успокаивая в две секунды) и к шумному хозяину идёт сам.

Пока грузим вещи в машину, Рома без затей выталкивает хозяина на соседний участок, захлопывает за собой калитку, и дальнейшего происходящего мы не видим.

Несколько секунд фрагментарно слышны повышенные тона, потом что-то подозрительно напоминающее пару затрещин, затем Рома появляется с той стороны забора обратно, отряхивая руки:

— Можем ехать, — говорит он, залезая на переднее сидение рядом с водительским местом. — Не так кудряво, как хотелось бы, но и не совсем безнаказанно… м-да.

Рома явно имеет ввиду своё недолгое общение с хозяином дома Шукри (теперь уже бывшего), но настроение у всех почти что радужное, потому подробностями никто не интересуется. Включая Азамата.