— Для ознакомления понятно, что дальше? — машет ладонью в воздухе Азамат.

— Тон «Исследователь». Он же «Сильный интерес». Вот это — первый настрой, безоговорочно позволяющий вам не проигрывать ни в каком варианте развития событий. — Бросаю мимолётный взгляд на спутников и вижу, что их лица просветлели.

А информация им более чем понятна.

— Ещё выше идёт Радость: затем Энтузиазм. Но далее предлагаю не лезть, поскольку для моего вопроса мы знаем уже достаточно. Мой вопрос: а в каком тоне хронически находится большинство окружающего вас народа? — Смотрю в зеркало на задумавшихся спутников. — Хоть на улице, хоть на ваших работах? Хоть просто живущих по соседству, которых вы видите несколько раз в неделю? По лицам ведь это очень неплохо видно, особенно если с человеком общаешься регулярно. Мне можете не отвечать. Сами себе ответьте. Держите при этом в голове: всё, что ниже скуки, деструктивно. И человек в тоне скуки, и ниже, автоматически является в социуме инструментом. Не генератором.

К дому, в котором Шукри жила с братом, приезжаем только через полчаса: ремонт, оказывается, ведётся сразу на нескольких параллельных дорогах ( почему одновременно? Рома скептически бросает, что осваивают деньги срочно, чтоб получить «откаты». Впрочем, ему виднее ).

На меня строение производит несколько угнетающее впечатление (своей крайней аскетичностью, в первую очередь), но остальные оглядываются по сторонам без видимого негатива.

Вероятно, дело в моём личном сибаритстве: с моим домом, конечно, не сравнить.

— Ну и где наш герой-хозяин? — бормочет Азамат, потягиваясь и оценивающе косясь на дверь.

Нигина переводит вопрос Шукри, и та отвечает:

— Вон та калитка, тот соседний участок — это хозяин. Может, попробуем пока войти сами?..

Явно видно, что девочке не хочется встречаться ни с кем, не смотря на наше присутствие.

— Хорошо, что поехали вместе, — тихо говорит мне Рома, замечающий настрой Шукри как бы не впереди меня. — Одной бы ей точно не ага… А с одним Шарипбаевым её пускать тоже было нельзя, у него вон уже глаза, как у быка на тряпку.

Азамат, однако, уже взял себя в руки и первым входит в двери дома.

Следуем цепочкой за ним, но через минуту выходим на улицу обратно: дом крайне невелик размерами, и впятером развернуться в нём просто негде.

Шукри внутри собирает вещи, Нигина ей помогает, Азамат стоит у порога и перебрасывается с Нигиной короткими фразами по-казахски.

Наконец, Шукри протягивает Нигине какой-то тряпичный свёрток.

— Вот документы, — переводит нам Нигина.

— Так, что тут есть? — Рома отбрасывает сигарету и моментально переключается со своих мыслей на протянутую стопку бумаг.