— А «у вас» — это…??? — Рома выразительно смотрит на Нигину.

— Та********н, — кивает она.

— А ты что, не наша? — походя роняет капитан.

— Вам честно? Или официально? — Нигина выразительно смотрит на Рому.

— Так… не говори пока ничего… У Та********на есть закон о двойном гражданстве, — начинает вслух рассуждать Рома, — поэтому, многие ваши спокойно и служат в армии нашего Северного Соседа. Особенно на границе… По причине зарплаты и потому, что двойное гражданство у вас вполне официально разрешается… как и у соседей. Ты, по отцу, на него имеешь все права, поскольку отец твой наверняка имеет на него основания по праву рождения… — Рома как-то по-новому смотрит на Нигину. — Но у нас двойное гражданство запрещено. Строго и однозначно, на уровне Конституции… Так, не говори ничего! — капитан снова перебивает набирающую воздух Нигину, поднимая вверх ладонь. — Мне деталей не надо! То вообще не моё дело… Лучше продолжай о машинах…

— И места на Пяндже всем давно известны, и люди одни и те же занимаются. Как с нашей, так и с той стороны, — покладисто продолжает «Сотня косичек» под любопытными взглядами Азамата и Ромы. — Да что тут болтать! Погодите, сейчас покажу…

В этот момент, за спиной девочек возникает Ермек, который вначале перекидывается какими-то непонятными ремарками с Ромой, затем жмёт ему руку, задумчиво смотрит на Азамата и присоединяется к нам за столом.

Какое-то время над столом повисает тишина, нарушаемая лишь односложными вопросами и ответами Ромы и Ермека друг другу (они явно обмениваются какими-то только им понятными понятиями, впрочем, не вызывая ни у кого из присутствующих излишнего интереса).

Нигина тем временем завершает водить пальцем по экрану телефона и показывает фотографии в одном из месенджеров после того, как прогружает диалог с кем-то на незнакомом мне языке из какого-то архива:

Рома впивается взглядом в фото, как клещ. Ермек и Азамат — следом за ним.

— Странно, там же, по идее, двести первая дивизия соседей бдит, — бормочет себе под нос Рома. — Плюс погранвойска соседей. Там же… Где были пянджский и московский отряды, когда Империя ещё рулила, так погранцы Северных Соседей же до сих пор и бьются, разве нет?.. В смысле, бдят, а не бьются, — поправляется, демонстрируя необычную осведомлённость, Рома.

Ермек, широко раскрыв глаза, переводит взгляд с фото (в телефоне Нигины) на Рому и обратно, затем скрещивает руки перед собой и, нахмурив от недоумения брови, обращается к Роме:

— Можешь ты , коротко и в две секунды, объяснить мне ?..

Рома склоняет голову к плечу, затем покладисто и сжато передаёт содержание последних минут нашей беседы. Добавляя от себя: