— А это точно ради Спирит? — переспросил Чак.
— Спирит есть любовь и мир во всём мире. Мотивацию для себя придумайте сами.
Но не успела Суппи закончить свою реплику, как Лисодевочка оказалась уже была обнажена и присела перед магичкой на колени так, что теперь они были одного роста.
— Я вам точно нужен? — скептически посмотрел на всё это Чак.
— Без тебя тут ничего не получится… — решительно настояла Суппи.
— Чак, это ради Мяча и оружия, — позвала его жестом Эйни.
Чак опустил свой взгляд. Он тоже, как и девушки, был обнажён.
«Вот почему у меня с личным не срослось, надо было сразу каждый свой секс посвящать Спириту, убийцам и оружию», — подумал волчонок и сделал пару шагов к девушкам, опустившись рядом с ними на колени.
Галлюциногены плыли, насыщая воздух. Девушки целовали целовали Чака, по очереди и вдвоем. Они то садились на парня сверху, то Чак брал их обеих по очереди. Тяжелое учащенное дыхание стало на этом ложе чем-то единым с просачивающимся везде туманом, с вдыхаемой и выдыхаемой палитрой красок, уплывающих прямо в далёкий космос, откуда за тремя обнаженными кто-то наблюдал.
Мечтал ли когда-нибудь волчонок о ночи с двумя прекрасными девушками на берегу древней реки? Ответ был очевиден, он не смел даже и надеяться на это. И в эту ночь он впитывал свою новую жизнь, в которую пришёл Спирит, словно губка, которую до сего момента будто кто-то сжимал в руке, а сейчас вдруг отпустил. Ради этой новой жизни можно было свернуть горы, не то что найти и уничтожить раненого бойца враждебного им Тирипса.
Мяч шёл сквозь джунгли, прорубая себе путь катаной, уже двести раз пожалев, что не носит с собой мачете со смещённым центром тяжести в сторону острия, но думал ли он когда-нибудь, что попадёт в тропики?
За спиной горе-ниндзя нёс рюкзак, из которого торчали элементы экипировки, а по бокам его ноши было закреплено оружие без патронов. Враги закончились много часов назад, ночь сменило утро, а нос кота, следуя запаху еле различимой свежести, вёл своего хозяина к реке.
«Как я тут оказался?» — задавал он себе один и тот же вопрос. Останавливаться было нельзя. Он знал, что он пахнет своим потом и кровью убитых за эту ночь, а значит непременно привлечёт к себе хищников, которые с большей степенью вероятности захотят отведать свежего мяса. Как только он заснёт.
«Не спать! Идти!» — заставлял он себя.
Теперь из одежды Мяч оставил лишь семейные трусы по колено и обувь — настолько было жарко и тяжело тут, в джунглях.
«Как я тут оказался?» — снова задал он себе этот вопрос. — «Я взял заказ на мага и вот я уже где-то около суток иду на запах воды».