Мяч присмотрелся. Среди общего задымления были видны полосы дорожек, будто по ним непрерывно гулял ветер, а колонны всё обрастали и обрастали взрывчаткой с проводами.
— Ча-а-а-ак! — протянул Мяч. — Тут Тэшка, он собирается нас подорвать. Но я его не вижу, он или невидимка, или очень быстрый.
— Чем тебе помочь? — догадался спросить Вульфен.
— Ускорь меня! Я не знаю как, но ускорь, ты ж у нас маг! — предложил Мяч, в одной руке сжимая щит, а в другой — телескопическое копьё в собранном виде, сменив им меч.
Чак будто видел Мяча со стороны. Сейчас маг находился в глубокой медитации. Он сидел, прислонившись спиной к стене, а в руках держал две литровые банки пива — единственный источник калорий, подходящий в этой ситуации. Эйни же охраняла покой мага, сканируя местность сквозь тепловизор шлема.
Однако покоем медитация являлась лишь с виду, сознание мага пыталась решить непростую задачу:
«Что легче: замедлить бойца Тирипса, передвигающегося со скоростью пуль, или ускорить Мяча? Для Мяча скорость — это новый скилл, а для Тэшки, скорее всего, привычный. Что же может дать максимальное преимущество коту?»
Ответ не был на поверхности и пришлось выбирать вслепую. Костюм лишь чуть-чуть усиливал скорость белошёрстного убийцы, а враг, с которым предстояло сразиться, был нереально быстрым.
— Спирит, — выдохнул маг.
Еле различимая тень бойца Тирипса замедлилась, хотя продолжала двигаться со скоростью, которой позавидовал бы и олимпийский чемпион по бегу. На враге был точно такой же белый костюм, как и у Мяча, а торчащий сзади пятнистый хвост выдавал в котообразном его вид — гепард.
Воздух под ногами бегуна стал вязким как желе. Тэшка удивлённо взирал вниз, его вдруг окутало концентрированное белое облако.
— Первый! Тут где-то Эски! Меня замедлили! — кричал он в свой шлемофон.
Мяч знал эту модель костюма и целился наверняка. Выдвижное копье полетело гепарду в горло, однако враг прогнулся в спине акробатическим мостом и, совершив сальто назад, встал на ноги.
— Всё ещё быстрый… Ускорь меня, Чак!
Кот ринулся на противника, попутно извлекая одну из катан, а в левой руке сжимая помятый веерный щит, некогда снятый с Т-третьего.
Глаза гепарда сияли жёлтым. Он, находясь в правосторонней стойке, будто ждал атаки — безоружный, в поражающем спокойствии.
— Ребят, тут где-то Т-первый! — крикнул Мяч, подпрыгивая, выполняя в воздухе разножку и занося катану для колющего удара.
Гепард крутанулся на носочках, а из его кулаков выскочило по четыре стальных когтя. Меч кота провалился в пустоту, так и не поранив восьмого. Враг ударил очень быстро, но Мяч опустил голову вниз так, что когти пришлись на лобовую броню шлема. Второй удар гепарда кот встретил уже щитом, вовремя прикрывшись почти невесомым железом.