Старания не были напрасными и, благодаря своему упрямому характеру, Мяч вышел на полянку, на которой и стоял топчан с мирно спящими в неглиже Эйни и Чаком. Лисодевочка удобно устроилась на плече парня и еле слышно сопела.

Кот не поверил своим глазам. В один момент исчезли джунгли и запах вожделенной речки, а вокруг снова была эта дурацкая теплица, с проникновения в которую всё и началось.

— Волки⁈ — вскричал Мяч. — Вы что тут делаете⁈

Чак открыл глаза, чтобы увидеть эту картину. Кот выглядел усталым и даже злым. На его лице и лапах были следы борьбы, шерсть должна была вздыбится от негодования, но она была полностью влажной и чисто технически не смогла бы подняться.

— Насколько я понял, мы твою жизнь тут спасаем. Неоднократно, между прочим, — проговорил Чак, а Эйни приподнялась, кутаясь в какую-то тонкую простынь и поглядывая на Мяча заспанными глазами.

— Как это? — левый глаз киллера начал дёргаться.

— Ну ты заказ на мага Спирита взял, и нам пришлось тебя из вечной твоей личной войны выкупать, — пожал плечами Чак.

— Я всё вам отдам! — огляделся Мяч, замечая боевые костюмы, валяющиеся на полу. — Чего стоила моя свобода?

— Не, не, не! — поспешила прервать этот диалог Эйни. — Отдавать не надо ничего. У нас для тебя круче заказ — заказ на твоих же заказчиков, что тебе этот подсунули.

И тут Мяч понял, что с ним произошло, и он, рухнув на колени, протянул свой меч Чаку рукоятью вперёд.

— Ты спас мне жизнь, позволь мне отплатить тебе тем же, как велит кодекс моего клана!

— Давай не совсем тем же, а? Вон, Эйни права, нам нужно несколько плохих парней убить. А сейчас надо бы одеться и выбираться отсюда.

Чак стал собираться, а с его сброшенной вчера одежды упала ветвь куста коки. На тонком стебле с продолговатыми налитыми соком зелёными листиками, голубым светом мелькала вязь из непонятных символов. Оружие против скиллов Тэшек было оставлено — как и договаривались — после проведённой ночи с магичкой Спирита. К слову, Суппи нигде не было. Конечно же, кому захочется встречаться взглядом с убийцей, что пришёл по твою душу.

Всю дорогу до машины Мяч ругался, постоянно собирая какие-то свои оставленные повсюду вещи. Теплица морочила ему голову около двенадцати часов, заставляя блуждать и претерпевать галлюцинации нервозного характера.

За эти часы, которые показались ему как минимум вдвое длиннее, а как максимум вечностью, он вынюхал весь свой порошок. Реальность возвращала ему флешбэки с пометками, что всё, что он увидел было мороком. Но ведь могло бы и не выдержать сердце! Могла укусить воображаемая змея, или он мог застрять в камнях или лианах.