— и пойду, — кивнул он, — а ты нет. Мерибет, приготовь аппарат для сканирования. А ты перенеси его на тот стол, рядом с дефибриллятором, — приказал он надсмотрщице.
Но перед тем как меня освободить от кресла, последователь Менгеле сделал укол в плечо, от которого тело стало ватным. И опять повторился вчерашний день. Только на этот раз из меня выкачали полтора литра крови. Примерно десятью порциями, после каждого кровопускания делая мне инъекцию или облучая. Окончание пыток я застал в бессознательном состоянии и очнулся уже в своей келье, валяющимся на животе на кровати.
Приятным разнообразием стала пластиковая ёмкость с тёплой водой, объёмом примерно с литр. Ожидая от своих тюремщиков подлости, я не стал опустошать её в один присест, а растянул на половину ночи. К счастью, подсыпать в воду какой-нибудь гадости никто не догадался или посчитали себя выше этого. Хотя, был ещё вариант, что отрава подействует не сразу или нужна для завтрашних экспериментов. Утро прошло в знакомом виде. День соответствовал предыдущим двум. И последующие пять суток остались в моей памяти, в те моменты, когда сознание действовало, как самые страшные и болезненные мгновения моей жизни.
И однажды побудка случилась намного раньше обычной.
Замок в этот раз не гремел, а едва слышно, словно бы, шуршал. Как и засов.
Петли и вовсе провернулись бесшумно и только тихий стук дверного полотна о стену был самым громким и при этом едва ли смог меня разбудить, если бы спал, а не боролся с дикой болью, которая рвала тело на тысячу частей.
В дверном проходе появилась высокая стройная женская фигура в знакомой тёмно-синей униформе и кепи, из-под которого вылезал длинный хвост чёрных волос.
— Живой? — спросила она.
— Ты кто? — в характере избранных сынов Бога ответил ей.
— Возможно, твоя спасительница, если ответишь на пару опросов.
— Попить дай, тогда и спрашивай, а нет — закрывай дверь и вали обратно, — ответил я равнодушно. Меня опять второй день как мучили жаждой. А еду употреблял в последний раз ещё у себя дома.
— Держи, — девушка шагнула ко мне, по пути доставая из кармана маленькую пластиковую бутылочку с минеральной обычной водой.
Холодная, солоноватая, бьющая пузырьками в нос жидкость, испарилась в одну секунду, как только я прикоснулся губами к горлышку. Честное слово, только успел уловить слабый вкус и всё — бутылочка была пустой.
— Ещё! — я протянул ей пустую ёмкость.
— Больше нету, но могу потом принести, — сказала та. — Потом, ясно? Сначала — вопросы и ответы.
— Давай, только побыстрее, а то могу вырубиться, — чуть погрешил я против истины. Вряд ли я смог бы потерять сознание — боль была такая, что не забыть о ней, ни забыться от неё.