Такие богатые и знатные невесты могут сделать удачную партию не только обычным графам или баронам, но герцогам или даже принцам. Ведь их брат не только граф, но и маркграф. Тут ведь и герцогством уже попахивает в недалеком будущем. И пусть эти мысли опасны, но они, несомненно, бродили в умах всех этих людей.

Стоило ли говорить, что мой путь к выходу из тронного зала занял немного больше времени, чем ожидалось. Приходилось раскланиваться с каждым из пожелавших поздравить меня. Задача осложнялась еще и тем, что, как по мановению волшебного пера, графы, бароны и маркизы как бы невзначай выдвигали вперед своих юных и не очень дочерей, племянниц и сестер.

В общем, пока добрался до двери, то основательно взмок. Если верить каждому комплименту, что мне успели отвесить дворяне, то выходило, что я чуть ли не национальный герой. Успели вспомнить всё: и войну в Бергонии, и мои подвиги в Тени, и еще много всего. А если учесть, что о каждом моем похождении была написана баллада, да не одна, то получалось совершенно немыслимое. В общем, раньше я был любимцем черни, а сегодняшним награждением Карл заставил «полюбить» меня еще и знать.

Проходя мимо группы дворян, крутившихся возле герцога де Гонди и его семейства, я встретился взглядом с Бланкой. В ее глазах был заметный озорной блеск и, кажется, некий азарт. Маркиза стояла рядом со своей матерью, герцогиней де Гонди, и кивала каждому слову, что шептала ей на ухо ее родительница.

Если мужская часть этого клана провожала меня недружелюбными взорами, то женская, напротив, похоже, уже начала строить какие-то планы на мой счет.

Удивил и слегка сбил с толку взгляд Луизы де Клермон. Сейчас она чем-то напоминала мне герцогиню дю Белле. Гордо выпрямившись и расправив плечи, она наблюдала за поднявшейся суетой вокруг меня с неким торжеством и высокомерием. Так обычно смотрят матери на чествования их детей. Хотя я могу ошибаться. Слишком много посторонних эмоций приходится считывать. Взгляд может замылиться, а чутье дать сбой.

А вот реакция Адель меня немного встревожила. Щеки принцессы пылали, в глазах горел огонь решимости, а на губах застыла мечтательная и многозначительная улыбка. Так обычно улыбаются люди, которые привыкли, что все их капризы и прихоти безропотно исполняются.

— Рад? — самодовольно спросил Карл, когда я наконец попал в его кабинет, при этом многозначительно кивая на мою грудь, усеянную орденами.

— Благодарю вас, ваше величество, — поклонился я. — Вы необычайно щедры. Я получил даже больше, чем мог желать.

— Вот-вот, — покивал он. — Будем считать, что это некий аванс на будущее.