Шаг… Еще один…

Мир сузился до этого холма. До сухих стволов, похожих на кривые поломанные пальцы, тянущиеся к небу. До белых костей, которые вдруг показались выложенными почти в узор.

И тогда она услышала.

Шепот…

Не громкий, не резкий. Скорее, как если бы кто-то очень давно ждал, затаившись, и теперь не мог скрыть облегчения.

«Наконец-то…»

Что-то мигнуло перед глазами, как будто воздух перед ней дрогнул, стал плотнее, на мгновение исказился. Лес на секунду словно разошелся в стороны, и там, где раньше был просто глухой склон, на глазах проявился узкий темный проем — вход в пещеру, который до этого не бросался в глаза.

Аурэлия замерла, чувствуя, как сердце забилось чаще. Она не знала, что именно ждет ее там. Но знала одно: этот вход появился не случайно, и она просто обязана войти внутрь…

Бергония. Маркграфство де Валье. Форт де Грис.

После долгого отсутствия я вернулся в свою марку и снова стоял на вершине холма, и смотрел на крепость. Ту самую, в которую когда-то въезжал с тяжелым чувством, задавая себе один и тот же вопрос: «Зачем мне все это?»

Рядом замерли мои ближайшие соратники. Последние месяцы для нас прошли в довольно ускоренном ритме. Но наши усилия не прошли даром. Нам удалось помешать аталийской армии продвинуться дальше на север Бергонии.

Легионы Золотого льва остались на зимовку в окрестностях Контерна. А это значило, что у нас появилось еще немного времени на подготовку.

Наступило временное затишье, которое очень скоро перерастет в смертоносную бурю…

Я вздохнул и продолжил наблюдать за растущим городом.

Сейчас Форт де Грис выглядел иначе. И дело было не в погоде, хотя и она переменилась. Зима в этом году пришла без снега.

Внизу, на склонах земля потемнела, напитавшись водой, местами превратилась в тяжелую жижу. Но даже сквозь эту серость и мокрую унылость сквозило движение. Жизнь.

Когда я увидел эту крепость впервые, она казалась огромной мертвой тушей, в которой еще присутствовали остатки тепла. Стены тогда были покрыты плесенью и мхом, зубцы башен осыпались, крыши просели.

Теперь передо мной была та же крепость, та же туша, но словно после долгой и умелой пластической операции.

Камень на стенах очистили. Черные пятна исчезли, их место заняли светлые, свежие швы раствора. Там, где раньше зияли дыры, теперь были аккуратные вставки нового камня. Где-то еще виднелись леса, где-то каменщики все еще ползали, как крупные серые жуки, но общее впечатление поменялось: Форт де Грис больше не выглядел руиной.

Башни обрели новые крыши. Взгляд цеплялся за свежую черепицу, еще не успевшую потемнеть от времени и дождей. На башнях стояли дозорные. На стенах вышагивали караульные.