— Нет, мы раньше не встречались…

Лицо, окончательно преобразившееся в демоническую харю, вновь отдалилось.

— Ты — новая зверушка ушастых ничтожеств, возомнивших себя богами? Кто-то из них умудрился выжить и теперь хочет вернуть старые времена?

С каждым словом голос императора становился ниже и в нём всё отчётливей слышались рычащие нотки.

— У меня для них плохие новости, — теперь Ариман уже почти рычал. — Этот мир принадлежит мне!

Открыв пасть он облизнул уродливую харю длинным раздвоенным языком. Взгляд Стрижа невольно прикипел к острым даже на вид зубам.

Он не мог ни пошевелиться, ни докричаться до Белочки, взявшей контроль над телом. И это было страшно.

— Они пришли зеркальными путями⁈ — глухо прорычал император, ослабив хватку на челюсти. — А тебя с собой не взяли потому, что те не пропускают таких, как мы? Отвечай!

Когда рот сам собой открылся, Лёха похолодел от нахлынувшего ужаса, перебившего холодный липкий страх, что жил в сердце до этого. Если этот… это… тварь, каким-то образом подчинившая Белочку, способна заставить её говорить, она сдаст всех. Вообще всех. Каждого названного ждёт смерть и хорошо, если быстрая и лёгкая.

Ужас придал сил.

«Не смей!» — рявкнул Стриж, собрав всю волю в эти слова.

Из его открывшегося рта вырывалось лишь тяжёлое дыхание.

— Смеешь мне перечить? — пасть императора растянулась в гротескной усмешке. — Думаешь, они страшнее, чем я?

Быстрым движением тварь рванула когтями поперёк Лёхиной груди. Кровь хлынула на пол, пятная камень красным.

«Верни мне контроль! — мысленно заорал тот, силясь пошевелиться. — Просто свали нахрен, как ты умеешь! Я сам разберусь!»

— Я буду рвать тебя на части, — тихо, почти ласково говорил Ариман. — А потом сожру. И плоть, и душу. Но до этого ты расскажешь мне всё, что знаешь.

Длинные когти полоснули по ноге, глубоко взрезав мышцы.

И Стриж заорал.

Контроль над телом вернулся, но попытка рефлекторно затянуть раны закончилась ничем. Белочка пропала, а вместе с ней исчезли и все подаренные ею возможности.

— Не шуми, — раздражённо рыкнул император и мощным ударом, ломающим рёбра, отправил Лёху в полёт до ближайшей стены.

Перед глазами заплясали цветные пятна, воздух выбило из груди, а боль, казалось, поселилась в каждой клеточке тела.

Сейчас Стриж очень хотел сдохнуть. Желательно до того, как его начнут жрать заживо, выясняя кто и зачем его послал. Когда зрение немного прояснилось, он увидел, что император снова принял человеческий облик.

Открыв тяжёлую дверь, он крикнул навстречу громкому топоту:

— Всё в порядке! Я поймал и обезвредил убийцу. Не мешать мне, что бы вы ни услышали!