— Дерьмо твой Фанк, — с жаром выпалил Вольф.
— Как есть, — согласился Стриж.
И, заговорщицки посмотрев по сторонам, добавил:
— Ему о вашего капитана дальше, чем отсель до Диких земель. Вот он и бесится.
— Кончился наш капитан, — тоскливо вздохнул Вольф, прикладываясь к бутылке. — Выкинут его со службы. И я с ним уйду.
— А ты чего? — удивился Лёха.
— Командира не оставлю, — отрезал Вольф.
Опять потянулись минуты тишины.
— Слушай, — хлопнул себя по лбу Стриж, словно только вспомнив. — Тут это, сам слышал, как барон с дружками обсуждали новости от Кречетов.
— В жопу Кречетов, — ёмко отозвался сержант. — Вместе с их новостями.
— Да погоди ты, дай договорить, — отмахнулся Лёха. — Короче, они новые артефакты придумали. Протезы. Вообще как настоящие. Вот клянусь Древними. Сам слышал, как барон рассказывал про бастарда покалеченного ихненского, Кречетов то бишь. Новая графиня мало что его к себе приблизила, так ещё первому эти диковины подарила.
Вот тут Вольф заинтересовался. Поставив бутыль на скамью, он уставился в глаза собеседника.
— Брешешь, — сказал сержант. — Бастарда приблизила, да ещё и такими ценностями одарила?
— Да шоб меня демоны сожрали, — истово ответил Лёха, едва удержавшись, чтобы не перекреститься. — Там у них же суд был, заговорщиков судили, так на том суду этого бастарда уйма благородных на дуэль вызвала.
— И? — поторопил его Вольф.
— И он их всех убил! — воздел палец Стриж. — До единого! Этими самыми артефактами! Сам слышал, как господа о том судачили. Мол, Кречеты дураки, устои отвергают, не знатность ценят, а верную службу и плевать им, бастард привечать или наёмную приблуду какую!
Вольф прикусил кончик уса и задумался.
— Верную службу, говоришь… — протянул он.
— Ну да, — закивал Лёха.
— Если не брешешь, как кобель деревенский, то это хорошо, — сержант встал и, оставив недопитое вино на скамье, решительно пошёл обратно взамок.
— Э, старшой! — окликнул его Стриж. — А как же допить?
— Потом! — не оборачиваясь, отозвался сержант.
Сову выписали из больнички, продолжаем работу в прежнем режиме )
Творящийся в замке Змеев бардак напомнил Стрижу фильм про Гражданскую войну в России, с Высоцким в роли белого офицера. Такой же пир во время чумы: полное отсутствие дисциплины, пьянство, ссоры, интриги. Только вместо мундиров с золотыми погонами — чёрно-пурпурные одежды.
Глядя на всё это локальное светопреставление замковая стража тихо сатанела и начинала саботировать свои обязанности, когда дело касалось охраны гостей, целиком сосредоточившись на самом замке. И, к вящей радости Лёхи, первое, что сделали воины — убрали аркбаллисты со стен и двора, вернув в цейхгауз. Мол, людей нет, чтобы круглосуточно дежурство расчётов обеспечить. А собственную охрану, высокородные господа, извольте своими силами обеспечивать.