— Экий ты грозный, старшой, — вздохнул Лёха. — Всё, не горячись, уходим, коль так мешаем. Винца испить хотели.

И встал, словно нечаянно показав торчащее из кармана горлышко. Пограничник, узрев печать на сургучной пробке, невольно сглотнул.

— Спрашивать сначало надо, — уже куда миролюбивее буркнул он.

— Так будить не хотели, — развёл руками Лёха, а репликант за его плечом закивал. — Ты это, старшой, не серчай. Может, с нами выпьешь? Мировую?

Пограничник на миг задумался, а потом с деланной неохотой кивнул:

— Ну, давай, мировую можно.

— Это мы враз, — обрадовался Лёха.

Отточенным ещё в курсантские годы движением лихо, о каблук, он выбил пробку и в воздухе разлился аромат хорошего вина.

— Не побрезгуй, старшой, — сказал Стриж, протягивая бутылку воину.

Тот с достоинством кивнул и, взяв портвейн, сделал маленький глоток.

— А хорош, — крякнул он, разглаживая усы. — Хоть церковники и говнюки первостатейные, но в выпивке толк знают. Откуда такая приятность?

— Да слуга пока ворон считал, я и не дал пропасть хорошей выпивке. А то ж уронит, разобьёт, оплеух получит, — улыбнулся Лёха, принимая бутылку.

Приложившись к горлышку, он сделал вид, что пьёт и передал эстафету Аресу. На то, чтобы поднести к посудину к губам и не поморщится, у репликанта, наверное, ушёл весь его актёрский талант. Запах алкоголя, даже такого слабого, как вино, он не переносил.

— А чьих будете? — лениво полюбопытствовал ветеран, когда бутылка вернулась к нему.

— Да барон Фанк нас с собой взял, — со вздохом признался Лёха. — Так что вроде как его. А так городская стража мы. А ты, старщой, стало быть, пограничник? — торопливо перевёл он тему, пока ветеран не начал задавать ненужных вопросов. О себе, люди, как правило, говорят куда охотнее, так что лучше пусть он отвечает. Главное, теперь самому не задать ненужного вопроса, что разрушит возникшее у собутыльника доверие.

— Ну дык, — с гордостью ответил тот. — Он и есть.

— У капитана Кивилиса служишь? — с уважением спросил Стриж.

— У него самого, — закивал пограничник. — Тебя звать-то как?

— Меркуцио, — ляпнул первое попавшееся имя Стриж.

Имя шекспировскго персонажа пришло ему на ум потому, что он играл эту роль в школьном спектакле.

— А это Тибальд, — представил он Ареса, решив, что раз уж начал по классике, значит, так и надо продолжать.

— А я Вольф, — представился седоусый. — Сержант пограничной стражи.

Выпили за знакомство. Беседа потекла неспешно, в нужном лёхе направлении. Ветеран охотно рассказывал о нелёгкой службе на границах клана — стычках с демонами, охоте на разбойников, контрабандистов и прочую двуногую нечисть, «людьми» называющуюся лишь по недоразумению. Кивилису на похвалы он не скупился. Служа под командой капитана уже четвёртый год, ветеран о нём не мог сказать ничего плохого. Зато рассказал немало интересного.