— Как, демон подери, можно было не заметить два тела в латах Древних? — гневно вопросил голос с характерными интонациями человека, привыкшего командовать. — Кто осматривал зал? Почему мне доложили, что тут лишь убитые маги?

— Не имеем знать… — подал голос кто-то из воинов.

— Ну так узнать и доложить! — рявкнул голос. — Бегом.

И уже гораздо спокойнее поинтересовался:

— Как они?

— Невероятное везение, — ответил лекарь. — Чудом избежали проломленных черепов. Так, смотри на палец…

Последнее адресовалось Стрижу. Тот, изображая сотрясение мозга, сделал вид, что пытается сфокусироваться и тут же согнулся в рвотном спазме.

— Сильное сотрясение, — диагностировал лекарь. — Им нужен покой.

— А мне нужно знать, что тут, демон подери, произошло! — отрубил командир Змеев.

В поле зрения Стрижа возникли заляпанные кровью сабатоны.

— Говорить можешь? — спросил Змей.

— Да, — Лёха утёр рот. — Его сиятельство цел?

— Нет, — жёстко ответил Змей. — Расскажи, что помнишь.

Украдкой покосившись на детский трупик в углу, Стриж с огромным трудом сдержал злобный оскал. Жаль, нельзя воскресить старую тварь и убить повторно, на этот раз так, чтобы Гарм выл от боли и молил о смерти.

Рядом простонал Арес. Его актёрское мастерство вызывало сомнения, потому репликанта проинструктировали просто изображать сильную контузию, на грани потери сознания. С этой задачей он, судя по озабоченному цоканью лекаря, неплохо справлялся.

— Я жду, — поторопил Змей.

Лёха с усилием заговорил, не поднимая головы:

— Плохо помню. Сначала — яркая вспышка, я зажмурился. Открыл глаза, смотрю, стоят крылатые…

Скрывать наличие эгид, которые видели многие воины Змеев, было уже бессмысленно, потому Стриж рассказывал с чистым сердцем. Заодно повод врагу ломать голову, что за вспышка была перед появлением убийц графа. Может, артефакт типа путевика, перенёсший их в святая святых клана. И плевать, что замок защищён он такого типа магии — ведь на чужаках были загадочные артефакты, неуязвимые для магии. Может и запреты на телепортацию они игнорируют.

Задача перед пустотниками стояла непростая: сказать как можно меньше, но при этом максимально запутать противников, заставляя проверять одну версию за другой. Уже сказанного должно было хватить, чтобы Змеи сопоставили слова «телохранителя» с разбитыми окнами и показаниями выживших свидетелей. А потом сами сообразили, что крылья у артефактной брони не только для того, чтобы ими кромсать.

Сплюнув тягучую слюну, Лёха утёр рот и продолжил:

— Много. Семь или восемь. Сразу… кинулись. Убили… — Лёха дрожащей рукой указал на трупы молодых магов, не переживших вечер инициации, — … потом…