— Ясно, — кивнул слуга, неловко дернул головой и вышел из комнаты.
Я проводила Хельда задумчивым взглядом. Если слуга и врет, правды от него все равно не добьешься. Надо же, карниз он починял! Интересно, что парень на самом деле забыл на хозяйском этаже? Неожиданно вспомнилось странное падение графа, мелькнувшая в конце коридора тень… А может, и не было никакой тени? Может, кто-то из слуг помог графу упасть в надежде, что у того откроются раны и он умрет?
Да нет, вряд ли. Какая им выгода от смерти хозяина? Никто из прислуги не рискнет поднять руку на графа. Это уж совсем ненормальным нужно быть. По законам Дартштейна за причинение вреда аристократу полагается долгая и мучительная смерть.
Я вздохнула, отмахиваясь от неприятных мыслей, вышла из комнаты и направилась к лестнице. Проходя мимо покоев Горна, чуть замедлила шаг. А вдруг графу и правда грозит опасность? Что, если кто-то зайдет к нему, пока меня не будет?
Сердце предательски дрогнуло. Разве могу я уйти?
«Уйми воображение, Кейт, — насмешливо прошептал внутренний голос. — Оно у тебя не на шутку разыгралось».
Ну да, чего это я? Даже если кто-то и войдет, ничего страшного не случится. Горн уже не так беспомощен и умирать совсем не собирается. Но ведь слуги этого не знают? Они-то уверены, что граф умрет со дня на день. Что, если кто-то из них попытается ускорить печальное событие?
Наверное, подсознательно я этого все время боялась, поэтому и старалась не оставлять Горна одного. И сейчас, когда он отправил меня на прогулку, я специально сказала Хельду, что скоро должен прийти Каллеман. Надеялась, что никто не рискнет войти в комнату Горна.
Или все это глупо? И я выдумываю страхи на пустом месте?
«Совсем ты, Кейт, параноиком стала, — поддакнул несносный собеседник. — Сидишь в четырех стенах безвылазно, вот и мерещится всякое! На графа напали вовсе не в замке. И его ранение никак не связано с обитателями Иренборга».
Наверное, впервые в жизни я прислушалась к своему «советчику». Точно. Так и есть. Самое время выйти из дома и немного развеяться, а то так и до галлюцинаций недалеко.
Усмехнувшись, я покачала головой и направилась к лестнице.
На улице было прохладно. Серое дартское небо неприветливо хмурилось. Низкие тучи уныло застыли над черепичными красными крышами. Мелкая противная морось повисла в воздухе, оседая на лицах прохожих, на ветвях деревьев, на черных флюгерах домов. Бр-р… Ну и погодка!
Я закуталась в шарф и поглубже надвинула шляпку. Осень не желала баловать жителей Дартштейна погожими деньками. После короткого и дождливого лета холода наступили очень рано, с самого конца августа. Весь сентябрь шли дожди, в октябре уже не раз срывался снег. Судя по всему, зима нам грозила ранняя и затяжная.